Братья-охотники

Недалеко от озера Рица жили-были два брата. Старшего звали Шарны-яцва - утренняя звезда: он родился на рассвете. Младший же брат родился вечером, и поэтому его звали Хулпы-яцва - вечерняя звезда. Оба брата стали прославленными охотниками.
Однажды братья спускались в ущелье, чтобы отдохнуть у ручья в полуденный зной. Вдруг перебежал им дорогу олень. Шар-пы-яцва пошел по следам оленя и так долго его преследовал, что солнце стало уже садиться. Тут только он заметил, что взбирается на самую высокую гору.
Быстро наступила ночь и покрыла мраком следы оленя. Застигнутый ночью на крутизне, Шарпы-яцва крепко ухватился за камень, не решаясь в темноте ни подниматься выше, ни спускаться. И он запел о своей беде, надеясь, что где-то внизу брат его услышит, а может быть, даже как-нибудь поможет.
Хулпы-яцва услышал песню брата, сколько ни думал, ничего не смог придумать, чем ему помочь. Однако он понял, что если сон одолеет брата, тот не удержится на выступе, сорвется и погибнет.
'Не дам ему заснуть до утра!' - решил он и запел:
- Ты, Шарпы-яцва, одиноко сидишь на скале. Олень перехитрил тебя, олень исчез. А я его настигну и застрелю. Ты к утру свалишься и не увидишь утренней зари, и звезды не зажгутся для тебя.
Услышав эту песню, старший брат заметался в тоске.
- Хулпы-яцва, - в гневе закричал он, - я еще жив! Настанет утро, заалеют горы, я спущусь вниз и рассчитаюсь с тобой за глумление!
А Хулпы-яцва пел еще громче:
- Тебе не видеть ни солнца, ни гор, - ты уснешь и сорвешься, как камень, со скалы. Узнав о гибели твоей, жена не прольет даже слезинки. Она - серна, ей нужен джейран, который не боится темной ночи на высокой горе. Этот джейран - я!
Шарпы-яцва крепче ухватился за выступ скалы. Скрежеща зубами, он крикнул брату:
- Хулпы-яцва, замолчи! Не будь так темно, я выстрелил бы в тебя. Ты забыл, что у меня есть сын, он отомстит за меня.