М. М. Ковалевский. О сословно-поземельных отношениях у горцев Северного Кавказа

(Замѣтка).
Въ декабрьской книжкѣ Русской Мысли за прошлый годъ помѣщена статья извѣстнаго ученаго М. М. Ковалевскаго о Поземельныхъ и сословныхъ отношеніяхъ у горцевъ Сѣвернаго Кавказа . Съ большимъ интересомъ приступилъ я къ чтенію названной статьи, желая знать, что скажетъ о такомъ любопытномъ вопросѣ, какъ вопросъ о поземельномъ строѣ горцевъ, авторъ Общиннаго землевладѣнія . Но какъ былъ великъ интересъ, возбужденный во мнѣ заглавіемъ статьи, такъ же велико было и разочарованіе по прочтеніи ея.
Всѣмъ болѣе или менѣе извѣстно обиліе разнаго рода князей на Кавказѣ. Многимъ русскимъ всякій восточный человѣкъ , даже щеголяющій безъ панталонъ, представляется не иначе, какъ съ притязаніями на дворянское или княжеское достоинство. И дѣйствительно, на Кавказѣ князей и дворянъ всякихъ степеней такое множество, что въ этомъ отношеніи съ Кавказомъ не можетъ сравниться ни одна страна въ мірѣ. Объясняется это обстоятельство тѣмъ, что русская администрація, неимѣвшая никакихъ понятій объ общественномъ строѣ, господствовавшемъ на Кавказѣ до прихода русскихъ, признавала дворянами всѣхъ туземцевъ, пожелавшихъ пріобрѣсть это званіе, особенно если претенденты оказывали русскимъ тѣ или другія -- обыкновенно низменнаго свойства -- услуги. Къ тому же мѣстныя условія кавказской жизни сложились такъ, что членамъ администраціи нерѣдко было непосредственно выгодно создавать дворянъ и князей, такъ какъ подъ покровомъ ихъ фиктивнаго достоинства и владѣтельныхъ правъ совершались изумительнѣйшія махинаціи по части перемѣщенія казенныхъ земель, лѣсовъ, нефтяныхъ богатствъ и up. въ цѣпкія руки кавказскихъ хищниковъ. И доселѣ еще кавказскіе дворяне -- беки, алдары, бидивяты и яр.-- ростутъ, какъ грибы, а въ прежнія времена на этотъ счетъ здѣсь было еще вольготнѣе.
Увеличивъ чрезвычайно число князей и дворянъ на Кавказѣ, русскіе вмѣстѣ съ тѣмъ дали возможность имъ невѣроятно преувеличивать свою роль и значеніе въ жизни горцевъ. Если послушать господъ алдаровъ, узденей и подобныхъ имъ, то окажется, что независимые, свободолюбивые, не подчинявшіеся ничему, кромѣ своей совѣсти и обычаевъ, кавказскіе горцы находились въ полномъ рабствѣ у своихъ высшихъ сословій. Какъ ни нелѣпы эти розсказни, какъ ни противорѣчивы имъ очевидные жизненные факты, русская администрація относилась очень серьезно къ бахвальству и притязаніямъ князей . Ошибка тутъ слѣдовала за ошибкой. Желая составить понятіе объ общественномъ устройствѣ разныхъ кавказскихъ народностей, администрація поручила собирать свѣдѣнія объ этомъ предметѣ ни болѣе, ни менѣе, какъ уѣзднымъ начальникамъ, военнымъ бурбонамъ самаго низшаго разбоя, и особымъ комиссіямъ, составленнымъ изъ туземцевъ высшихъ сословій. Неудивительно, что этими оригинальными экспертами отъ наукъ были открыты самые невѣроятные общественные порядки. Курьезнѣе всего, что составившіеся этимъ путемъ сборники такъ-называемыхъ адатовъ до сихъ поръ трактуются какъ нѣчто серьезное даже нашими учеными.