Лирика З. Н. Гиппиус

Я ищу Тебя, чтоб жила душа моя.
Августин
Я не знаю, где иначе искать жизни, как не в смерти.
Св. Тереза
Белая одежда -- этим стихотворением заканчивается книга г-жи Гиппиус, и в строках его бледно просвечивает чистый образ Христа... Просвечивает бледно, ибо три четверти книги поэтессы отданы тому, что можно назвать смертью в жизни, -- тупой, холодной тяжести, слепой силе, в тисках которой бьется живая тоскующая душа, и еще мимолетности проходящих мгновений.
Чрезвычайно характерным мне кажется одно место в предисловии автора к своей книге ( Необходимое о стихах ), где говорится о разорванности, об отдельности минут жизни, отраженных в субъективном творчестве. Автор считает свои строки выражением лишь данной минуты и об ощущениях нескольких различных мгновений говорит: Они разделены временем, жизнью... Здесь поэт глубоко несправедлив к самому себе. Будь это замечание верно, -- вся глубина содержания творчества многих великих лириков свелась бы к нулю. Ибо что могло бы из книг этих лириков войти в область сокровищницы человеческого Духа, если бы каждое мгновение, своеобразно пережитое ими и своеобразно отраженное в творчестве, было чем-то совершенно особым, замкнутым в себе, без единой нити соединения между предыдущей и последующей минутой их жизни?.. К тайне и глубине их творчества ключ тогда был бы безвозвратно потерян. Точно так же ложью пришлось бы признать и то, что лирик обозначает словом искание , разумея под этим общую жизненную основу его творчества. Ибо искание необходимо предполагает цельность всей разорванной на отдельные мгновения жизни, а следовательно, внутреннюю, быть может, смутно видимую, но безусловно существующую последовательность. Именно жизнь и именно течение времени соединяют отдельность всего пережитого, сливая в единое то коренное, то центральное, что непременно было в глубине каждой пережитой минуты. И в целом жизнь каждого чуткого и ищущего художника, а следовательно, и его творчество, есть разрешение великой задачи его жизни.