Поэма юности Абеляра

Абеляръ, уже магистръ богословія, извѣстный искусной діалектикой и вообще даромъ прекрасной рѣчи, жилъ въ средневѣковомъ Парижѣ убогой студенческой жизнью. И многіе изъ лиценціатовъ, что приходили въ Парижъ изъ Рима, Мадрида, Валенсіи и Прованса съ длинной палкой и котомкой за плечами, жили не лучше, чѣмъ ихъ любимый докторъ, столь краснорѣчивый и ученый.
Но годы и годы за книжнымъ столомъ, гдѣ возвышалось среди старыхъ истрепанныхъ томовъ Распятіе, непрерывное острое мозговое возбужденіе, диспуты и діалектическіе турниры, такъ сильно подымающіе и натягивающіе нервы,-- все это не потушило, а, наоборотъ, обострило влеченія иной области существованія, которую суровый докторъ пытался отвергнуть.
Судьбѣ было угодно послать ему жесточайшія испытанія, ибо обычную человѣческую страсть онъ позналъ черезъ искушенія бога любви Эрота такой нѣжности, остроты и мучительной силы, что въ этихъ порывахъ и въ этой борьбѣ докторъ-монахъ вполнѣ искупилъ свое презрѣніе къ священному здоровью тѣла и всѣмъ радостямъ, которыхъ настойчиво и мощно оно требуетъ отъ веселой и мужественной юности.
Его настойчивый и сильный умъ, его необузданное увлеченіе работой, мощное пареніе на высотѣ богословской безумно-отвлеченной мысли, гдѣ онъ боролся съ ересями и утверждалъ съ новой крѣпостью догматы вселенскаго христіанства,-- не показывали ли вообще могучую жизненность его натуры?
-- Ну, такъ слушайте, что случилось съ докторомъ Абеляромъ и какъ онъ боролся съ любовью, мукой и съ самимъ Сатаной, стремящимся губить ученыхъ монаховъ и святыхъ мужей.
Должно въ этой правдивой исторіи сказать, что среди углубленій въ доказательства и построенія ученыхъ мужей одна какая-либо подробность, случайное упоминаніе какое-либо внезапно отторгали доктора отъ путей его мысли, и дьяволъ впутывался въ нихъ и завладѣвалъ ими. И часто безумный хмѣль страсти бросался ему въ голову, И, какъ нѣкогда передъ святымъ Антоніемъ, проплывали передъ нимъ демонски наглые образы бѣшенаго и неукротимаго вожделѣнія.