О путешествии Иосифа Ачерби на Северный мыс

Г. Ачерби, проезжая Швецию, не имел времени наблюдать нравы и обычаи ее жителей. Несколько неважных анекдотов и множество бесполезных известий об академии Стокгольмской занимают большую половину первого тома. Путешественник одушевляется, берет кисть свою не прежде, как приехав в Финляндию и потом в Лапландию: там, под суровым небом, автор пишет совсем другими красками, изображает очаровательность, чудесность.
В сих странах пустынных жизнь человеческая есть беспрерывный феномен, и сам человек - живущий среди льдов, окруженный ужасами природы, непрестанно борющийся с нею и сохраняющий бодрость духа среди всеобщего сетования - есть феномен редкий, удивительный: крайности не ужасают его; он с твердостью встречает зиму весьма холодную после весьма жаркого лета.
По наступлении зимы, реки, озера, моря - исчезают; реки превращаются в большие, твердые дороги; по морю ездят на санях с такою же удобностью, как по земле. Иногда лед трещит под ногами, чужестранец не может без трепета помыслить о путешествии над безднами по морской поверхности, столь ломкой и ненадежной; северный житель привык к опасностям  и не обращает на них внимания.
Находим в истории, что один король шведский расположился со всею армиею на поверхности Балтийского моря, приказал разложить огни, и простоял 48 часов.  В стране, лежащей под умереннейшим климатом, на замершем озере Меотийском (Азовском море), один военачальник Митридатов одержал победу над неприятелем, а в последовавшее лето выиграл морское сражение на том же озере. В 763-м году, в царствование Константина Копронима, Понт Эвксинский (Черное море) мог бы служить местом сражения для двух многочисленных армий; поверхность его тогда замерзла в глубину на тридцать локтей. Во время оттепели Азия и Европа страшились несчастных последствий; ледяные горы едва не разрушили Константинополя.
Хотя зима в странах северных жестока и продолжительна; однако ж она имеет свои прелести, свое великолепие. Когда солнце сокроется за горизонт на три месяца, в то время освещает землю северное сияние чудесное, очаровательное. Огни атмосферические забавляют жителей в часы, свободные от упражнений; кажется, что природа блестящими метеорами хочет утешить их в несчастье, хочет рассеять печаль их. Сия природа, по-видимому столько для них строгая, нежит неизъяснимыми приятностями людей простодушных, которых участь кажется нам достойною сострадания, и которых мы почитаем осужденными жить в местах самых несносных.