Как понимает газета "Весть" собственные свои строки

Москва, 3-го марта.
Казалось, мысли наши о демократическихъ и аристократическихъ тенденціяхъ были изложены въ передовыхъ статьяхъ 33 и 37 NoNo {См. выше, стр. 333--341.} довольно ясно, но намъ приходится пояснять ихъ снова и вразумлять паки и паки газету Вѣсть . Мы дѣлаемъ это, впрочемъ, не столько ради этой газеты, сколько ради той мудреной среды, гдѣ эта газета, по ея намекамъ, находитъ себѣ сочувствіе. Мы говорили, какъ припомнятъ читатели, что у насъ не существуетъ демократическихъ тенденцій въ западномъ, политическомъ смыслѣ; что всѣ наши сословія одинаково относятся въ той власти, которую самъ народъ надъ собою поставилъ; что, наконецъ, самыя сословія образовались у насъ не такъ, какъ на Западѣ -- путемъ порабощенія и владычества однихъ надъ другими, при чемъ побѣдитель возносится надъ побѣжденнымъ, какъ Франкъ надъ Галломъ. Но газета Вѣсть не убѣждается этими доводами. Ей, повидимому, непремѣнно бы хотѣлось и у насъ, въ Русской исторіи, -- той розни сословій, той взаимной зависти между ними, той постоянной борьбы за власть, которую встрѣчаемъ на Западѣ. Она какъ будто видитъ въ этомъ особенное достоинство; ей кажется какимъ-то ущербомъ для нашей народной чести доказываемое нами несходство Русской исторіи съ исторіей западно-европейскихъ государствъ. Это напоминаетъ намъ тѣхъ наивныхъ художниковъ и романистовъ, которые непремѣнно хотѣли въ Русскомъ мужикѣ видѣть пейзана, для Русскаго разбойника добивались красоты бандита, и которымъ до страсти желалось бы имѣть право похвастаться передъ Европой, что вотъ-де и Русскій народъ одинаково зараженъ тѣми же пороками и недугами, которыми страждутъ народы романо-германскаго происхожденія. Все же они какъ будто чиномъ насъ выше и походить на нихъ лестно. Ни о чемъ такъ не мечтаетъ газета Вѣсть , какъ о созданіи и у насъ, на тотъ же иностранный ладъ, какими бы то ни было неправдами, верхняго привилегированнаго класса, который въ дворянствѣ представлялъ бы собою дворянство высшаго чина и ранга и которому одному Вѣсть и присвоиваетъ сладкозвучное названіе охранительныхъ элементовъ страны . Мы, кажется, достаточно разъяснили петербургской газетѣ, что группа , въ которой ей хотѣлось бы видѣть сокъ охранительныхъ элементовъ , и была искони вѣковъ въ Русской исторія тою самою группой, которая, при всякой попыткѣ образоваться, постоянно возбуждала противъ себя негодованіе всей Русской земли -- именно за стремленіе къ власти, въ политическому предводительству и въ преобладанію. Если гдѣ, поэтому, и могло бы у насъ возникнуть скопище инстинктовъ дѣйствительно разрушительнаго свойства , то именно въ такой группѣ, которая бы создалась наперекоръ всѣмъ основнымъ, историческимъ началамъ нашей народной жизни и политическаго строя. Газета, говорили мы, или партія, которая именно и ищетъ сотворить въ Россіи аристократію въ западномъ смыслѣ, чрезъ это самое, по закону отраженія, создаетъ въ такомъ же смыслѣ и демократію; стремясь свою сепаративную группу возвести еще въ какую-то политическую корпорацію, она eo ipso является родительницей, въ отпоръ себѣ, небывалыхъ, чуждыхъ здоровой натурѣ Русскаго человѣка, демагогическихъ тенденцій, расшевеливаетъ соціальныя страсти и возбуждаетъ искусственную вражду сословій: говоримъ искусственную, потому что естественныхъ для нея условій въ Русской исторической жизни нѣтъ и не было.