Не "рожа крива", а криво самое зеркало

Москва, 1-го января.
Не въ томъ вопросъ, что сулитъ намъ новый 1883 годъ, а въ томъ: что сами несемъ мы ему навстрѣчу. И не о надеждахъ или упованіяхъ нашихъ на будущее ведемъ мы здѣсь рѣчь: характеристическою чертою настоящей минуты -- это скудость самыхъ надеждъ и упованій. Вѣдь и то, и другое предполагаетъ какой-либо отчетливо сознанный предметъ вожделѣнія: нѣтъ силы въ надеждѣ чего-то на что-то, ни въ упованіи на лучшее вообще. Въ томъ-то и дѣло, въ томъ-то и печаль наша, что мы и сами не знаемъ, чего желать и чего хотѣть, что если сокрыто отъ насъ -- чѣмъ наполнена кошница пожаловавшаго къ намъ гостя, какія блага, какія невигоди к во всякомъ случаѣ поучительныя вразумленія таятся въ ней, то уже совершенно не закрыто, а явно для насъ самихъ, что встрѣчаемъ мы новый годъ съ пустыми руками и пустою кошницей. Ни плановъ, ни программъ, ни тщательно поставленныхъ задачъ, ни строго обдуманныхъ и точно выраженныхъ требованій, ни даже ясныхъ стремленій или опредѣленныхъ положительныхъ идеаловъ. Зато много разбитыхъ (и по дѣломъ разбитыхъ) вѣрованій, много горькихъ разочарованій, -- сомнѣнія, недоумѣнія, вопросительные знаки вездѣ и во всемъ, а знаки восклицанія стали у насъ уже давно знаками отрицанія... И это послѣ многихъ лѣтъ неумолчнаго, почти свободнаго говоренія, -- достаточно свободнаго, чтобы могла выработаться и вызрѣть общая мысль, чтобъ люди могли сойтись на какомъ-либо общемъ рѣшеніи нѣкоторыхъ насущнѣйшихъ вопросовъ, придти хоть бъ .нѣкоторому единству взглядовъ и воззрѣній!.. Напротивъ, чѣмъ больше толковали, тѣмъ больше сбивались съ толку, чѣмъ обильнѣе были словопренія, тѣмъ легче путались въ собственныхъ противорѣчіяхъ, тѣмъ пуще затемнялся смыслъ, пока, наконецъ, умствователи не обезсидѣли и не стали -- что уже очевидно -- въ тупикъ, хотя многіе и не расположены въ тонъ сознаться... Невольно вырывается порою изъ груди кликъ отчаянія, -- праздный, разумѣется, кликъ: не здоровѣе ли было бы, пожалуй, намъ всѣмъ помолчать и въ молчаніи стяжать умъ свой?