О необходимости перевоспитания нашего общества в духе русской народности

Новым годом сменился старый -- 63-м -- 62-й... Без сожаления, без грустных проводов простились мы с старым; без особенно светлых надежд и радостных ликований встретили мы новый 63-й год. Не потому, чтоб поколебалась в нас вера в будущность Русской земли; не потому, чтоб этот переход чрез знаменательную в жизни людей, очередную грань времени -- утратил для нас свое торжественное значение -- а потому, что характер переживаемого нами времени обозначился яснее и определительнее, и поняли мы, что нельзя же в самом деле ожидать исцеления исторических вековых недугов в 12 месяцев и что народы и общества не поправляются в своем здоровье от января к декабрю!...
Но все же добром мы должны помянуть дар минувшего года, -- дар тяжелый и не многим под силу, суровый и благодетельно жесткий, -- дар отрезвления... Мы разумеем здесь отрезвление наших общественных мечтаний, верований, требований, самонадеянности и самообольщения. Как река, после роскошного половодья, всходит в межень, обнажает луга и поля и являет всю скромность своего первоначального ложа; как белый день, рассеивая ночные туманы, возвращает всему в природе ежедневные, будничные размеры, -- так и опыт истекшего года, разогнав рой незаконных надежд и фантастических призраков, -- восстановляет в нас трезвое отношение к жизни, раскрывает нам правду наших недугов и средств целения, истинную меру наших сил и возможных для нас деяний. Безжалостно совлекает он с предлежащего нам подвига его мишурную и гремучую одежду и предлагает нам историческое дело, без блеска и треска, со всей его бледной невзрачностью, медленностью, тугим ростом и бесконечною отдаленностью желанного конца, -- мучительною для нашего личного нетерпения! Потребно немалое мужество для всякого отдельного деятеля, чтобы покориться скупой судьбе и ограничиться насущной скромной потребностью, злобой, довлеющей дневи; чтоб отказаться мечтать о черной буре и солнечном блеске, о борьбе, потешающей молодые силы, и не менее животворном мире, о красивых поражениях и победных торжествах, -- и довольствоваться скучным путем исторической постепенности, историческим сереньким днем, с его полубелым матовым светом, трудом невидным, чернорабочим и невеселым, не борьбой и не миром, чем-то средним между поражением и победой.