О том, что желательно бы иметь в Прибалтийской окраине русский, а не немецкий университет
Русь , 15-го іюня 1884 г.
Не знаемъ обратило ли большинство нашихъ читателей какое-либо вниманіе на помѣщенную въ 8 No Руси корреспонденцію изъ Дерпта, подъ названіемъ Курьезный случай ; но она не осталась незамѣченною въ той средѣ, гдѣ этотъ случай произошелъ, и, если не ошибаемся, даже въ той, которой о семъ вѣдать надлежитъ, -- да и касается-то она не частнаго или мѣстнаго только интереса, но и вопросовъ обще-государственнаго значенія. Дѣло шло о замѣщеніи въ Дерптскомъ университетѣ каѳедри международнаго и государственнаго права, на которую большинствомъ юридическаго факультета и университетскаго Совѣта избранъ нѣкій г. Ѣ., авторъ неизвѣстнаго намъ изслѣдованія (на нѣмецкомъ языкѣ) о вооруженномъ нейтралитетѣ , созданномъ Императрицею Екатериною II, и по словамъ нашего корреспондента -- мѣстный балтійскій патріотъ .... Меньшинство Совѣта, и не малочисленное, опротестовало выборъ, отрицая или обезцѣнивая ученыя достоинства г-на Б.; поднялись оживленныя пререканія, взволновавшія весь университетскій мірокъ, а съ нимъ, отчасти, я болѣе широкій кругъ общебалтійской провинціальной интеллигенціи; большинство же, для подтвержденія своего выбора, прибѣгло къ авторитету цѣлой дюжины иностранныхъ корифеевъ науки , которые и дали благопріятный о молодомъ ученомъ отзывъ; обѣ стороны апеллировали наконецъ къ высшей инстанціи въ Петербургѣ... Каково было ея рѣшеніе -- намъ неизвѣстно, да признаться сказать, споръ объ ученой правоспособности г-на Б. насъ мало интересуетъ: ни подтверждать, ни оспаривать его научныя заслуги мы не намѣрены.... Насъ занимаетъ здѣсь лишь тотъ общій вопросъ, который напрашивается самъ собою при обсужденіи частностей настоящаго дѣла и различныхъ отзывовъ pro и contra, поступившихъ въ редакцію по поводу помѣщенной въ Руси корреспонденціи.
Такъ, одинъ изъ петербургскихъ защитниковъ спорнаго кандидата на профессуру (самъ лично къ Дерптскому университету вовсе не принадлежащій) пояснялъ намъ всю эту исторію тѣмъ, что въ Совѣтѣ Дерптскаго университета существуютъ двѣ партіи: одна желаетъ непремѣнно замѣщать каѳедры иностранными учеными, выписанными изъ Германіи; другая -- русскими подданными нѣмецкаго происхожденія . Обращаясь къ нашему патріотическому чувству , авторъ письма ставитъ вопросъ: кому же должно быть отдано преимущество -- чужимъ или своимъ подданнымъ? .... То есть, говоря другими словами: кому слѣдуетъ оказывать преимущество -- чужимъ или своимъ Нѣмцамъ? Не отвѣчая пока на самый вопросъ, не можемъ не остановиться на самой постановкѣ вопроса. Не представляется ли она странною и даже совсѣмъ необычайною? Не о томъ бы, казалось, слѣдовало спросить себя: какой для насъ Нѣмецъ лучше, выписной или невыписной,-- а о томъ: зачѣмъ вообще Нѣмецъ непремѣнно здѣсь нуженъ? Дѣло идетъ вѣдь объ университетѣ не въ Германіи, а въ Россіи, объ Императорскомъ университетѣ въ Прибалтійскихъ губерніяхъ Россійской Имперіи, составляющихъ нераздѣльную ея часть. То-то и диковинно, что Дерптскій университетъ -- Императорскій Россійскій... н ѣ мецкій,-- нѣмецкій по языку преподаванія и управленія, хотя и содержимый на счетъ русскаго государственнаго бюджета, на средства Русскаго народа и Русской державы, даже не на иждивеніе мѣстнаго нѣмецкаго населенія упомянутыхъ трехъ губерній! Этого н ѣ мецкаго населенія въ Прибалтійской окраинѣ, на все число ея жителей (съ небольшимъ 2 милліона) считается всего-то не много болѣе 100 тыс. душъ, т. е. около 5 или 6%!.. Подобной аномаліи не встрѣчается ни въ одной странѣ міра. Германія имѣетъ у себя только германскіе университеты, Франція -- французскіе, Англія -- англійскіе, Италія -- итальянскіе, въ Австрійской имперіи находятся, правда, кромѣ нѣмецкихъ и мадьярскій и польскій университеты (чешскій еще не вполнѣ устроился), но Нѣмцы вѣдь не тратятся на содержаніе ни мадьярскаго, ни польскаго университетовъ...