По поводу предисловия Ю. Ф. Самарина к богословским сочинениям Хомякова

Москва. Типографія М. Г. Волчанинова (бывшая М. Н. Лаврова и Ко.) 1886
Москва , 23 октября 1868 г.
Въ послѣдній разъ, указавъ на вышедшее за границей изданіе богословскихъ сочиненій Хомякова и на важность появленія этой книги въ современную пору, когда сама исторія призываетъ православный Востокъ къ отвѣту, когда ставшій на распутьѣ Западъ недоумѣваетъ -- покончить ли ему, разъ навсегда, прямо и откровенно, съ христіанствомъ, или же вступить въ новыя лицемѣрныя и недобросовѣстныя сдѣлки разума и совѣсти съ религіей, въ ея знакомой Западу формѣ -- латинской идеи?-- мы обѣщали нашимъ читателямъ познакомить ихъ ближе съ предисловіемъ къ изданію г. Самарина. Ничто лучше не ознакомитъ ихъ въ то же время съ значеніемъ Хомякова и съ его заслугою передъ церковью, и ничто не разъяснитъ имъ до такой очевидности ту живую связь, которая существуетъ между трудомъ Хомякова и всѣми живыми религіозными недоумѣніями и сомнѣніями, волнующими современное русское общество. Раскрывая картину общественныхъ отношеній къ вѣрѣ какъ ученію, г. Самаринъ своимъ точнымъ словомъ дотрогивается, будто пальцемъ, до всѣхъ больныхъ мѣстъ нашей общественной мысли и совѣсти, я заставляетъ каждаго читателя пережить вновь въ своемъ сознаніи всю исторію его личныхъ отношеній къ вопросамъ религіи и церкви, повѣрить вновь тѣ окончательные выводы, къ которымъ каждый изъ нихъ пришелъ, и оцѣнить, такимъ образомъ, благотворность той помощи, которая является нашему мышленію и чувству въ богословскомъ подвигѣ Хомякова.
Г. Самаринъ (мы будемъ держаться въ изложеніи послѣдовательнаго хода мысли самого автора) начинаетъ свое предисловіе, прежде всего, очеркомъ той среды, въ которой жилъ и дѣйствовалъ Хомяковъ, и именно въ ту пору, когда въ первый разъ появились за границей, одна за другой, на французскомъ языкѣ, три его полемическія брошюры. Онѣ были писаны по поводу разныхъ сочиненій латинскихъ и протестантскихъ о Русской церкви и о предметахъ вѣры, и хотя, изданныя за границей, не были дозволены къ свободной продажѣ въ Россіи, однакоже тотчасъ же стали извѣстны значительной части русскаго общества {Вотъ заглавіе этихъ брошюръ: Нѣсколько словъ православнаго христіанина о западныхъ вѣроисповѣданіяхъ по поводу брошюры г. Лоренеи . Изд. въ Парижѣ 1853 г.-- Нѣсколько словъ православнаго христіанина о западныхъ вѣроисповѣданіяхъ по поводу одного посланія парижскаго архіепископа , изд. въ Лейпцигѣ 1855 г.-- Еще нѣсколько словъ православнаго христіанина о западныхъ вѣроисповѣданіяхъ по поводу разныхъ сочиненій латинскихъ и протестантскихъ о предметахъ вѣры . Лейпцигъ 1858 г. Переводъ этихъ брошюръ на русскій языкъ былъ дозволенъ только въ 1863 г. и появился въ Православномъ Обозрѣніи . Въ настоящемъ изданіи богословскихъ сочиненій Хомякова онѣ являются въ совершенно новомъ, строго-провѣренномъ переводѣ.}. Каково было, настроеніе тогда, у насъ господствовавшее, подъ воздѣйствіемъ науки и внѣшнихъ обстоятельствъ? Какъ относилась къ вѣрѣ эта наука, отражавшая направленіе заграничной школы? Наука -- говоритъ г. Самаринъ -- глядѣла на вѣру свысока, какъ на пережитую форму самосознанія, изъ которой человѣчество торжественно выбивалось на просторъ. Временная необходимость вѣры, ея условная законность, какъ одного изъ моментовъ безначальнаго и безконечнаго развитія чего-то саморазвивающагося, не оспаривалась, но этимъ же признаніемъ за нею нѣкотораго значенія заявлялась и ея ограниченность, какъ преходящей формы, которою это нѣчто не могло удовлетвориться навсегда. Несостоятельность притязаній вѣры на непреложность неизмѣнность и вѣчность казалась окончательно выясненною; оставалось отрѣшиться отъ нея и искать лучшаго. Это лучшее виднѣлось въ идеализм ѣ самоопредѣляющагося духа. Затѣмъ окончательно ли должна исчезнуть вѣра съ лица земли и нужно ли спѣшить уборкою символовъ ея развѣнчаннаго державства, какъ думали мыслители рѣшительные и послѣдовательные,-- или отвести ей въ. новомъ мірѣ, въ сторонѣ отъ царскаго пути, которымъ пойдетъ развитіе, скромный пріютъ,-- къ чему склонялись какъ люди практическіе, такъ и натуры мягкія,-- эти вопросы особенной важности не представляли .