По вопросу о возможности совместного существования мировых судей и мировых посредников или соединения их должностей в одном лице

Москва. Типографія М. Г. Волчанинова (бывшая М. Н. Лаврова и Ко.) 1886
День , 15-го мая 1865 г.
Новые уставы судоустройства и судопроизводства представляютъ двѣ категоріи, двѣ системы суда, разграниченныя между собою объемомъ судебной власти и свойствомъ дѣлъ, къ нимъ приписанныхъ. Мы разумѣемъ: 1) учрежденіе такъ называемыхъ общихъ судовъ или судебныхъ мѣстъ (окружныхъ судовъ, палатъ и пр.) и 2) учрежденіе мировыхъ судей съ ихъ съѣздами. Общія судебныя мѣста запечатлѣны характеромъ чисто-государственнаго учрежденія; здѣсь судъ является какъ обязанность и право государства, какъ одно изъ отправленій государственной власти Учрежденіе мировыхъ судей вноситъ въ сферу государственнаго суда иное начало,-- такъ сказать земское, и присутствіемъ-то этого земскаго начала и обусловливается цѣлый рядъ тѣхъ особенностей, которыми институтъ мировыхъ судей отличается отъ системы общихъ судовъ . Такъ напр. мировые судьи назначаются по выбору земства или всѣхъ сословій (на земскихъ собраніяхъ), тогда какъ члены окружныхъ судовъ и палатъ служатъ по назначенію отъ правительства; жалованье мировымъ судьямъ и самое одобреніе дается имъ земствомъ, которое избираетъ ихъ на извѣстный срокъ (три года) и въ правѣ подтвердить этотъ выборъ и на слѣдующее трехлѣтіе. Судебные же чины государственнаго суда подчинены, за нѣкоторыми изъятіями, дѣйствію общихъ законовъ о государственной службѣ. Власть мировыхъ судей одноличная; власть общихъ судовъ -- коллегіальная. Мировой судья полагаетъ рѣшеніе, руководствуясь внутреннимъ своимъ убѣжденіемъ, основаннымъ на совокупности обстоятельствъ (ст. 119 уст. угол. судопр.); окружные суды и палаты -- по точному разуму существующихъ законовъ , предоставляя рѣшеніе вопроса о виновности и невинности въ дѣлахъ уголовныхъ -- внутреннему убѣжденію и совѣсти лицъ постороннихъ суду и не принадлежащихъ къ его личному составу (т. е. присяжныхъ). Мировой судья, живя на мѣстѣ, завѣдывая небольшимъ пространствомъ, стоитъ, такъ-сказать, лицомъ къ лицу съ мѣстною жизнью, видитъ дѣло во всей его живой обстановкѣ, знаетъ всѣхъ и знаемъ всѣми въ своемъ участкѣ, и если намъ нѣтъ дѣла до личныхъ свойствъ предсѣдателя и членовъ судебныхъ мѣстъ, какъ скоро они обладаютъ гражданскими качествами, необходимыми для ихъ званія,-- то напротивъ -- личность мироваго судьи имѣетъ великое значеніе для всего его околотка. Личному его вліянію данъ широкій просторъ, и когда мы сообразимъ, какой немалый объемъ власти предоставленъ мировому судьѣ и ввѣренъ его личной совѣсти и внутреннему убѣжденію (которыя, на этой ступени суда, замѣняютъ ему и общественное мнѣніе и соборную совѣсть, выражаемую въ лицѣ присяжныхъ -- въ высшей сферѣ суда государственнаго), мы поймемъ всю важность учрежденія мировыхъ судей,-- важность, какъ намъ кажется, недостаточно у насъ оцѣненную. Оно именно тѣмъ и важно, что соприкасается непосредственно съ жизнью, захватываетъ область тѣхъ ежедневныхъ житейскихъ отношеній, тѣхъ мелочныхъ жизненныхъ отправленій, изъ которыхъ собственно и сплетается ткань общественной гражданской жизни. Для народа мировой судъ, по нашему мнѣнію, едвали не важнѣе окружнаго суда, и кредитъ судебной реформы едвали не всего болѣе будетъ зависѣть отъ успѣшнаго введенія въ дѣйствіе института мировыхъ судей. Неудача въ этомъ послѣднемъ отношеніи можетъ имѣть послѣдствія самыя невыгодныя,-- и на нашъ взглядъ несравненно легче устроить, властію правительственною, порядочные окружные суды и палаты даже на пространствѣ всей Россіи, нежели ввести повсемѣстно съ надлежащимъ успѣхомъ мировыя судебныя установленія, съ тремя или четырьмя тысячами мировыхъ судей.-- Между тѣмъ нашимъ экспертамъ это дѣло представляется едвали не самымъ легкимъ, и преобладающее между ними мнѣніе клонится, кажется, именно къ тому, чтобы осуществленіе судебной реформы начать съ немедленнаго повсемѣстнаго введенія мировыхъ установленій,-- этихъ первыхъ ступеней суда , какъ они ихъ называютъ, не въ смыслѣ первенства, а въ смыслѣ малозначимости. Поводомъ къ такому соображенію служитъ, главнѣйшимъ образомъ, то, что выборъ мировыхъ судей (а равно и содержаніе ихъ) предоставлены земству, что учрежденіе это не повлечетъ за собою никакихъ новыхъ расходовъ для государственнаго казначейства и что правительство, провозглашеніемъ принципа всесословнаго избранія гарантируя правильность выбора, въ то же время слагаетъ съ себя нравственную отвѣтственность за успѣхъ этой части реформы -- на само общество или земство.