Смерть Скобелева

Скобелев скончался!.. Наша народная слава, наша надежда - во цвете лет, в полном развитии своих замечательных дарований, когда, казалось, он стоял на пороге еще более блестящего поприща как будущий доблестный защитник России против всех ее внешних, замышляющих нашу гибель врагов! Одно его имя стоило целых армий... Как содрогнется от этой ужасной вести - вся Россия, весь русский народ и весь Славянский мир, и как возликует все, что точит ковы на Русь и на Славянство!.. Не живется на нашей Русской земле талантам - только посредственности раздолье!.. Скорбно, скорбно...

Схоронили!.. Не помчится уж он вихрем в белом кителе на белом коне вдоль страстно трепещущих, замирающих от восторга при виде его войск, одушевляя их не только словом, но и, по любимому его выражению, - показом, к неравному, лютому и все-таки победному бою! Белый генерал - имя, прогремевшее во всех углах вселенной, - стал отныне преданием... Словно утихшая буря, лежал он в гробу, - словно громада славы, громада силы отвалилась от России и зарывалась в землю... Да не легче на душе и теперь, когда миновало первое, ошеломляющее действие роковой вести. Напротив, именно теперь, вслед за первыми порывами горя, всегда находящими себе как бы некое удовлетворение в лихорадочной суете воздаваемых умершему почестей, - теперь-то, на досуге, и раскрывается сознанию вся неизмеримость нашей утраты. Это утрата всенародная, не в риторическом, а в буквальном смысле слова. Нет Русского, сознающего и чувствующего себя Русским, который бы не ощущал теперь, что его самого убыло. Много доблестных имен украшает русскую армию, и тем не менее в настоящую минуту на нашем тусклом, тусклом небосклоне Скобелев был единственною светящеюся звездою, на которую с любовью и бодрым упованием сосредоточивал свои взоры Русский народ. Это была его слава, его надежда, его утеха и гордость. Так еще он был молод, так, казалось, еще много, много было пред ним впереди, и пытливо, но с доверчивостью вопрошала Россия будущее: что станет с этим богатством талантов? Как высоко еще вознесется его гений в своем орлином полете, мужая и умудряясь с годами? Какую долю участия в судьбах России готовит ему история? И не гадательным, а уже вполне несомненным представлялось одно: что есть нам что противопоставить в защиту России всему сонмищу наших внешних врагов, как бы несметно оно ни было, что чудная та будет защита, какой бы исход ее ни был, что есть человек, с которым помериться силами нелегко отважиться и врагам, - которого одно имя стоит целых стотысячных армий, про которого еще на днях выразился один из присутствовавших при гробе генералов: Дайте мужикам топоры и скажите им, что ими командует Скобелев, - у вас готовое противу врагов войско! И этого человека не стало... Неисповедимы судьбы Божии... Но не Божья ли это на Россию кара... за то, что тесно в ней русскому духу и уму, - за презрение своей народности, за отступничество от народных отечественных преданий?