Возможно ли переродить какую-либо национальность внешними мерами?

Статьи изъ Дня , Москвы , Москвича и Руси
Москва. Типографія М. Г. Волчанинова (бывшая М. Н. Лаврова и Ко.) Леонтьевскій переулокъ, домъ Лаврова. 1886.
Москва, 14-го февраля 1867 г.
Вѣроисповѣднаго вопроса отъ народнаго въ Западномъ краѣ не отдѣляетъ и тотъ, кто невидимому утверждаетъ противное; только понимаетъ онъ при этомъ вѣроисповѣданіе особеннымъ образомъ, и разумѣетъ особенное католичество и особенное еврейство, а не то, какимъ себя знаетъ то и другое. Но если такъ, надобно это сознать и высказать прямо, и затѣмъ опредѣлить: слѣдуетъ ли уважать свободу совѣсти? Если слѣдуетъ, надобно проводить уваженіе это до конца и оставлять всякую вѣру при самой-себѣ, какова бы она ни была; и конечно только это будетъ вполнѣ справедливо и разумно, ибо, во всякомъ случаѣ, вѣра и свобода суть начала зиждительныя, а безвѣріе и насиліе -- начала разрушительныя . Вотъ въ какому заключенію приведены были мы разсмотрѣніемъ (въ NoNo 13 и 19) взаимнаго отношенія двухъ вопросовъ въ Западномъ краѣ -- вѣроисповѣднаго и народнаго. Виленскій Вѣстникъ нѣсколько иначе представляетъ себѣ нашъ образъ мыслей. Москва проповѣдуетъ нетерпимость; возбуждаетъ религіозное преслѣдованіе; требуетъ, чтобъ иновѣрцевъ осыпали бранью и проклятіями. Таковы мысли и таковы точныя слова, высказанныя въ 13 No самою редакціей Вѣстника и въ особенности ея неизвѣстнымъ корреспондентомъ изъ Гродна. А какъ скоро положеніе это было высказано, возможно ли было удержаться, чтобы не воскипѣть негодованіемъ? Образъ мыслей противника такъ непристоенъ! Случай къ негодованію такой прекрасный! Понятно, что ни редакція, ни ея корреспондентъ не хотѣли его упустить, я жаль, что они не вполнѣ имъ воспользовались. Тема была легкая; можно было по поводу ея сказать многое, гораздо съ большимъ знаніемъ дѣла и въ особенности съ большею логикой. Мы, напримѣръ, утверждали, что въ языкѣ еще не вся народность, что народность есть результатъ цѣлой исторіи и предполагаетъ сверхъ языка цѣлую систему преданій и привычекъ, сознательныхъ и безсознательныхъ. А въ прямой отвѣтъ на это положеніе г. гродненскій корреспондентъ замѣчаетъ намъ укорительно, что отрицая перерождающую силу языка, мы забываемъ о совмѣстномъ вліяніи на разноплеменныя массы русскихъ законовъ, русской администраціи, нравственную силу православія, русской науки и т. п, и что всѣ эти вліянія взятыя вмѣстѣ, по нашему мнѣнію, будто недостаточны для обрусѣнія живущихъ въ краѣ иновѣрцевъ ! Эта уже никуда не годится: представлять подтвержденіе, а выдавать за опроверженіе,-- такимъ образомъ можно даже отбить читателей, какъ ни мало они у насъ вообще требовательны по части логики!