Бен Джонсон

Вениамин, а по английскому произношению Бенджемэн Джоисон, которого и друзья и враги и сам он, в своих подписях, называли сокращенным именем Бен, даже на фоне Елизаветинской эпохи, столь богатой яркими человеческими индивидуальностями, вырисовывается как личность исключительно своеобразная. От своих собратий драматургов того времени он отличается с самого начала своей карьеры: мы знаем где он родился -- в Лондоне, в Вестминстерском участке, на Хартс-борн-лэне, возле Чэринг Кросса. Мы знаем, (а как редко мы знаем это про других драматургов его времени!) и день его рождения -- 11 июня 1572 года.
Со слов самого Бена, мы знаем, что дед его (с отцовской стороны) был родом из Анандаля и, переселившись сперва в Карл эй ль, оттуда переехал в Лондон на службу к королю Генриху VIII. Можно думать, что предприимчивый пограничник-шотландец нашел, чего искал при дворе окончательного ликвидатора английского феодализма; по судьбе его сына, отца нашего поэта, можно судить, что оставленное состояние стоило того, чтобы о ого конфискации заботились. Во всяком случае анандальский предок должно быть носил фамилию Джонстон, так как в этом округе Джонсонов не водилось, а Джонстонов было много и герб, сохраненный Беном (три ромба т. е. три подушки) -- герб именно Джонстонов.
Когда выпало т из этого имени -- трудно установить. Возможно, что отец драматурга счел за благо временно изменить начертание своего имени, которое особенного удовольствия ему не сулило. Ou был ревностным помощником короля Гарри в деле изничтожения католиков и при воцарении Марии Кровавой попал в число протестантов, подлежащих такому же обращению. Был посажен в тюрьму, но избежал смерти и дело ограничилось отобранием имущества. Что было дальше -- неизвестно, мы знаем только, что при возвращении протестанства в качестве господствующего вероучения, он стал священником, строгим поборником Библии . Умер он в 1572 году за месяц до рождения сына.
Бен не знал отца и воспитывала его мать. О ней мы знаем только одну черту, сохраненную преданной памятью сына. Об этом будет сказано в свое время -- история, связанная с этим биографическим эпизодом, рисует жену фанатика реформации в плане истинно римской добродетели и суровости.