Безобразный утенок

Переводчик: А.А. Федоров-Давыдов
В деревне было чудно хорошо. Стояло лето. В полях желтела рожь, и зеленел овес; внизу, на зеленых лугах, сено было собрано в стожки, и аист, расхаживая на своих длинных ногах, лопотал по-египетски; этому языку он выучился у своей матери.
Вокруг полей и лугов росли большие леса, а в лесах лежали глубокие озера. Да, в самом деле, в деревне было чудно хорошо.
На самом солнечном припеке стояла старая усадьба, окруженная глубокими канавами, и от изгороди до самой водоросли лопухи, такие большие, что под самым высоким из них маленькие дети могли стоять, не сгибаясь и, густо там было, как в глубокой чаще леса.
Здесь, в своем гнезде сидела утка на яйцах и очень скучала; к ней редко кто заходил в гости, потому что другие утки предпочитали плавать в каналах, чем сидеть тут, под лопухами и болтать. Наконец, одно за другим лопнули яйца: Пи-и, пи-и! -- пропищало что-то внутри, желтки ожили, и из скорлуп высунулись головы.
-- Кря, кря! -- скомандовала мать, и все кое-как выкарабкались из скорлупок и стали оглядываться по сторонам на зеленые листья, и мать не мешала им глядеть, сколько было угодно, потому что зеленый цвет полезен для глаз.
-- Однако, как велик мир! -- сказали все птенцы, потому что, конечно, им теперь было просторнее, чем в яйце.
-- Вы воображаете, что это весь мир? -- сказала мать. -- Мир простирается гораздо дальше, через весь сад, вплоть до огородов пастора; но там я еще сама никогда не бывала... Ну, что, вы все в сборе? -- продолжала она и встала. -- Нет, не все; большое яйцо еще не лопнуло. Да когда же, наконец? Мне уж скоро надоест... -- и она опять села.
-- Ну, как дела? -- спросила старая утка, зашедшая на минутку к ней в гости.
-- Да вот ничего не выходит с одним яйцом, -- ответила утка-наседка. -- Не лопается, да и только. А ты взгляни вон на тех, разве не прелестные утятки? Таких ты, наверно, никогда не видала... Они все вышли в отца... Злодей ни разу даже не навестил меня...