Два брата

Переводчик: А.А. Федоров-Давыдов
На одном из датских островов, где среди полей ржи поднимаются старые серые камни, места судебных заседаний предков, а в буковых лесах старые деревья высоко поднимают свои вершины к небу, лежит маленький городок, где низенькие дома покрыты красной черепицей. В одном из этих домиков, на открытом очаге, над раскаленными угольями изготовлялись необыкновенные снадобья: там что-то варилось в стеклянных сосудах, что-то перемешивалось и затем дистиллировалось; всевозможные травы мелко рубились и тщательно толклись в ступках. И всей этой лабораторией руководил уже не молодой человек.
-- Нужно только делать всё, что следует, -- говорил он, -- да всё, что следует, всё, что правильно; нужно узнать истину о каждой составной части целого, и этой истины придерживаться самому.
В комнате у бедной хозяйки этого дома сидели её два сына; они еще были малы, но в них таились великие мысли.
И мать также всегда говорила им о законе и справедливости, убеждала их всегда твердо придерживаться истины, потому что, -- говорила она, -- истина -- образ Божий на этом свете.
Старший из мальчиков имел плутовской, предприимчивый вид; главным его удовольствием было читать что-нибудь о силах природы, о солнце и звездах; он предпочитал подобные описания любой сказке. Ах, как, должно быть, интересно отправляться в путь за новыми открытиями или расследовать, каким образом можно приделать себе крылья, похожие на птичьи, и затем попытаться взлететь на них на воздух; да, открыть эту истину было бы хорошим делом; отец был прав, как была права и мать: весь свет держится на истине.
Младший брат был более тихого характера и совершенно погружался в книгу, которую читал. Читал ли он о Якове, который оделся в овечьи шкуры, чтобы стать похожим на Исава и присвоить себе таким путем первородство, -- он сжимал свой маленький кулачок от гнева против обманщика; читал ли он о тюрьмах, о несправедливости и злобе людской, глаза его наполнялись слезами; мысли о справедливости, о правде, которые должны были победить и когда-нибудь, действительно, победят всё зло и несправедливость, всецело заполняли его душу. Как-то вечером он уже лежал в постели, но занавески были еще не совсем задернуты; свеча бросала лучи на постель, куда мальчик захватил с собою книгу, -- ему непременно хотелось дочитать историю Солона.