Двенадцать пассажиров

Перевод Анны и Петра Ганзен.
Mороз так и трещал; вызвездило; воздух словно застыл. Бумc! -- о двери разбился горшок. Паф! -- выстрел приветствовал Новый год. Это было в ночь под Новый год, и часы как раз пробили двенадцать. Тра-та-та-ра! Пришла почта. У городских ворот остановился почтовый дилижанс, привезший двенадцать пассажиров; больше в нем и не умещалось; все места были заняты. Ура! Ура! -- раздалось в домах, где люди собрались праздновать наступление Нового года. Все встали из-за стола с полными бокалами в руках и принялись пить за приход Нового года, приговаривая: С Новым годом, с новым счастьем! -- Вам славную женку! -- Вам денег побольше! -- Конец старым дрязгам!
Вот какие раздавались пожелания! Люди чокались, а дилижанс, привезший гостей, двенадцать пассажиров, остановился в эту минуту у городских ворот.
Что это были за господа? У них были с собой и паспорта и багаж, подарки для тебя и для меня, для всех в городе. Кто же такие были эти гости? Что им надо было тут и что они привезли с собою?
--   С добрым утром! -- сказали они часовому у ворот.
--   С добрым утром! -- ответил он, -- часы ведь уже пробили двенадцать. -- Ваше имя? Звание? -- спросил часовой у первого, вылезшего из дилижанса.
--   Взгляни на паспорт! -- ответил тот. -- Я -- я! -- Это был парень здоровый, в медвежьей шубе и меховых сапогах. -- Я тот самый, на кого уповают столько людей. Приди ко мне утром, я дам тебе на чай! Я так и швыряю деньгами, дарю подарки, задаю балы! Тридцать один бал! Больше ночей я тратить не могу. Корабли мои, правда, замерзли, но в конторе у меня тепло. Я -- коммерсант, зовут меня Январь. У меня с собою только счета.
Затем вылез второй -- увеселительных дел мастер , театральный директор, распорядитель маскарадов и других веселых затей. В багаже у него была огромная бочка.
--   Из нее мы на масленице выколотим кое-что получше кошки! ( Старый обычай, долго державшийся в Дании: в бочку сажают кошку и начинают изо всех сил колотить по бочке, пока, наконец, не вышибут из нее дно, и кошка, как угорелая, не выскочит оттуда. -- Примеч. перев. ) -- сказал он. -- Я люблю повеселить других, да и себя самого, кстати! Мне ведь уделен самый короткий срок! Мне дано всего двадцать восемь дней; разве иногда прикинут лишний денек! Но все равно! Ура!