Оле-Закрой-Глазки

Переводчик: А.А. Федоров-Давыдов
Кто на свете знает столько сказок, сколько знает их Оле-3акрой-Глазки? Рассказывать он их может без конца. Так под вечер, когда дети еще сидят вокруг стола или на своих креслицах, приходит Оле-Закрой-Глазки. Неслышно поднимается он по лестнице, потому что идет в чулках, тихонько отворяет двери и -- ззтт! -- брызжет в глаза детям молоком, тонкой-претонкой струйкой, так что глаза сами собой слипаются и ничего не видят. Тогда на цыпочках он подкрадывается сзади и легонько дует им в затылок, отчего голова делается тяжелой-претяжелой, но это ни капельки не больно; иначе говоря, Оле-Закрой-Глазки очень любит детей и хочет только, чтобы они притихли, в особенности, когда их уложат в постель; они должны лежать смирно-пресмирно, и тогда он начинает рассказывать им свои сказки.
Как только детишки начинают засыпать, Оле-Закрой-Глазки присаживается сам к ним на постельки. Он прекрасно одет: на нем шелковый балахон, но невозможно сказать, какого цвета, потому что при каждом его движении материя отливает то синим, то красным, то голубым блеском; под мышкой он держит два холста: один, разукрашенный внутри картинками, он раскрывает над послушными детьми, и тогда всю ночь эти дети видят во сне чудные истории; другой, на котором!. нет ничего, он развертывает над непослушными, и те спят, как убитые, и просыпаются утром, не видав ни одного-единого сна.
Так вот послушаем, что рассказывал Оле-Закрой-Глазки одному маленькому мальчику, по имени Хиальмар, к которому он приходил в продолжение целой недели. Он рассказал ему семь историй, т.е. столько, сколько дней в неделе.
Понедельник.
-- Послушай-ка, -- сказал Оле-Закрой-Глазки раз вечером, уложив Хиальмара в постель, -- я займусь уборкой комнаты.
И внезапно все комнатные цветы в горшках выросли в громадные деревья, которые сплелись под потолком своими верхушками и протянули по стенам ветки, так что комната стала похожа на беседку. Все ветки были усеяны цветами, и цветы эти были гораздо красивее роз; они дивно пахли и на вкус были куда слаще варенья. Плоды отливали золотом, и на одной ветке покачивался пряник с изюмом.