Мальчикам о мальчиках

Въ одинъ ясный, морозный день, къ подъѣзду Обуховской больницы подошелъ мальчикъ; судя по его болѣе чѣмъ скромному костюму, онъ принадлежалъ -- или, къ классу небогатыхъ ремесленниковъ, или даже просто крестьянъ; обрамленное густыми, черными волосами, личико его -- казалось утомленнымъ, и въ высшей степени взволнованнымъ.
-- Послушай, любезный, обратился онъ къ стоявшему около воротъ сторожу, не у васъ ли лежитъ мой отецъ... Я уже цѣлые два дня хожу по всѣмъ Петербургскимъ больницамъ, и нигдѣ не могу найти его... Его зовутъ Михаилъ, по фамиліи Щербатовъ, а по профессіи...
-- Это меня не касается; наше дѣло только у воротъ стоять, значитъ, для порядка,-- перебилъ сторожъ ежась отъ холода и плотно завертываясь въ тулупъ;-- проходи въ контору.
-- А какъ въ нее пройти?-- продолжалъ мальчикъ.
Сторожъ сначала молча указалъ ему дорогу въ контору, а затѣмъ, когда онъ сдѣлалъ уже нѣсколько шаговъ впередъ -- снова окликнулъ и спросилъ:
-- Да самъ-то ты откуда?
-- Изъ далека, дяденька; изъ подъ Пскова.
-- Значитъ не здѣшній?
-- Не здѣшній; живу въ деревнѣ съ матерью, да двумя маленькими братишками; отецъ три года тому назадъ ушелъ на заработокъ въ Москву, откуда писалъ намъ очень часто, и акуратно высылалъ деньги; на прошлой недѣлѣ онъ написалъ уже изъ Петербурга, увѣдомляя маму что возвращается домой, а потомъ вслѣдъ за этимъ письмомъ, получилось второе, написанное незнакомымъ почеркомъ; въ немъ насъ предупреждали, что папа опасно заболѣлъ и легъ въ больницу... Мама такъ и обмерла... Съ утра до ночи обливалась горькими слезами... Жалко мнѣ ее стало, сердечную, я вызвался поѣхать въ Петербургъ, разыскивать отца, написать ей откровенно въ какомъ онъ состояніи, и затѣмъ, когда ему хотя, немного полегчаетъ, привезти домой... Всѣ больницы, кажется, обошелъ, ваша осталась послѣдняя, если и здѣсь не найду, то просто не знаю, что дѣлать! Куда идти!
-- Ну, не кто какъ Богъ; не кручинься раньше времени, или въ больничную контору, тамъ тебѣ все разскажутъ.