Владимир Красное-Солнышко
Въ давно, давно прошедшія времена, къ которымъ относится разсказъ мой, когда въ Кіевѣ княжилъ Великій Князь Владиміръ, по прозванію Красное-Солнышко, Кіевъ,-- этотъ древнѣйшій городъ, изъ всѣхъ городовъ русскихъ, живописно раскинутый на берегу Днѣпра -- совсѣмъ не походилъ на нынѣшній. Не было въ немъ ни красивыхъ церквей съ золотыми куполами, ни высокихъ каменныхъ домовъ, ни широкихъ улицъ. Какъ всѣ старинные города древней Руси, онъ, по своимъ скромнымъ постройкамъ, скорѣе походилъ на простое село; даже великокняжескій теремъ не отличался отъ другого жилья ничѣмъ особеннымъ.
Сами Кіевляне тоже были люди темные, не развитые; имѣя смутное понятіе объ истинномъ, всемогущемъ Богѣ, они еще кланялись идоламъ, какъ и великій князь ихъ, справляя языческіе праздники и священныя гульбища.
Весело пировали Кіевляне въ такіе праздники, разодѣвшись въ пестрыя, нарядныя платья; молодыя дѣвушки водили хороводы на лужайкахъ, поселяне и обитатели сосѣднихъ посадовъ собирались цѣлыми толпами, пѣли пѣсни, и звучные припѣвы ихъ Диду и Ладѣ (богу веселья) гулко разносились въ воздухѣ по берегамъ Днѣпра, иногда вплоть до разсвѣта. Не менѣе весело проводились ночи на пролетъ въ княжескомъ теремѣ. Князь Владиміръ, во времена-своего язычества, грѣшнымъ дѣломъ, любилъ попировать съ приближенными боярами, витязями и дружиною. Вотъ и теперь, мы застаемъ ихъ, сидящими за длиннымъ, дубовымъ столомъ, -- турій рогъ, наполненный сладкимъ, шипучимъ медомъ, не переставая, переходитъ изъ рукъ въ руки на чистой, бѣлой скатерти красуется множество различныхъ блюдъ со всевозможными яствами; всѣ наѣлись до сыта, всѣ напились до пьяна -- всѣмъ хорошо и привольно около Краснаго-Солнышка... На гусляхъ звонкихъ наигрываютъ... Бесѣду ведутъ оживленную... только самъ князь, Красное-Солнышко, за послѣдній годъ сталъ не то задумчивъ, не то печаленъ,-- порою вдругъ, ни съ того, ни съ сего, ѣсть и пить отказывался, разсѣянно отвѣчалъ на вопросы окружающихъ, и весь отдавался завѣтнымъ думамъ о различныхъ разсказахъ про христіанскую вѣру, бабушки своей княгини Ольги, и прочихъ христіанъ, жившихъ уже въ Кіевѣ.