Найденная жена

-- О, папа, неужели эта свадьба должна состояться? Все мое существо возмущается противъ этого!
-- Дочь моя, будь мужественнѣе. Теперь, когда ты уже въ подвѣнечномъ платьѣ и священникъ уже ждетъ тебя у алтаря, конечно ты не возмешь назадъ даннаго слова?
-- Но человѣкъ за котораго я выхожу, поступаетъ такимъ страннымъ образомъ. Ждать меня у церковныхъ дверей, вмѣсто того чтобы пріѣхать за мной сюда, въ нашъ домъ! Мнѣ это очень тяжело, папа.
-- Все это пройдетъ, возразилъ господинъ Моррисъ.-- Когда вы сживетесь другъ съ другомъ, ты непремѣнно полюбишь его, потому что онъ хорошъ собой, уменъ и хорошій человѣкъ. Маргарита, милое мое дитя, собери свои силы и не медли дольше. Часъ насталъ, все готово.

Утро было сумрачно и туманно. На небѣ висѣли тучи и отдаленный громъ предвѣщалъ скорую грозу и проливной дождь.
Не смотря на эту неблагопріятную погоду, къ извѣстной церкви сквера въ Лондонѣ подъѣхало два экипажа; изъ одного вышелъ господинъ Моррисъ съ дочерью, изъ другаго выскочилъ одинъ только господинъ, красивое лицо котораго далеко не было весело. Онъ подошелъ къ трепещущей молодой дѣвушкѣ, спокойно поклонился ей и ея отцу, взялъ дѣвушку за руку и повелъ ее отъ экипажа. Взойдя на паперть, они остановились на нѣсколько минутъ въ ожиданіи пока выйдутъ изъ другихъ каретъ подруги невѣсты, которыя и послѣдовали за ними съ остальными гостями въ наполненную церковь. Тамъ женихъ и невѣста преклонили колѣна передъ алтаремъ, и произнесли торжественныя клятвы, потребованныя совершавшимъ обрядъ священникомъ.
Послѣ того какъ Фрэнсисъ Томсонъ и Маргарита Моррисъ были объявлены мужемъ и женой, свадебные гости оставили церковь; молодая парочка сѣла вмѣстѣ съ мистеромъ Моррисомъ въ экипажъ, въ которомъ невѣста пріѣхала въ церковь.
Во время пути къ дому господина Морриса, новобрачный разъ обратился къ своимъ спутникамъ съ нѣсколькими замѣчаніями насчетъ дурной погоды; съ ихъ стороны послѣдовалъ на это короткій отвѣтъ, затѣмъ всѣ трое снова погрузились въ молчаніе. Къ счастію, разстояніе до дому было не велико. Молодые заговорили только тогда, когда очутились въ гостиной оркуженные гостями, и среди шума и разговора время прошло настолько же пріятно какъ обыкновенно.