Подземное царство

Далеко от плоской земли мшистых тундр, на полдне есть страна.
Там мощно вздымаются к синему небу горные кряжи и миллионы алмазов блистают в их белоснежных коронах, а между ними глубокие долы, где в теснинах мечутся бурные воды -- и зияют и холодом веют немые ущелья -- обитель злых духов.
Из края в край взнялись горы и нет им конца, как тем волнам, что в бурный день пойдут гулять по лону океана.
Нет конца ни горам, ни волнам и только тундра поглощает их.
Чередой бесконечной катятся волны седые по океану, приходят к тундре, хотят идти дальше -- и не могут, и умирают, взбегая на нее.
Одна за другою встают величавые синие горы -- и тучи не могут закрыть от них неба, но вот пришли они к тундре и не венчают короны их черных вершин, и тучи высоко повисли над ними. Все меньше и меньше перевалы и только маленькие холмики забегают в тундру и теряются в ней.
Издревле так было и будет до века, ибо в центре вселенной стоит великая тундра и кругом ее горы и волны.
А там, в горной стране, есть край черных утесов.
То, как семья великанов, собравшихся в тихой беседе к костру, сойдутся они и станут в тесный кружок; то, как кочующий род, длинным караваном протянутся вдоль долины и только один забрел в мрачные дебри хмурой тайги и угрюмо стоит одинокий.
И вечною стражей столпились в подножье его мохом поросшие ели, залегли между ними колоды, сгрудились камни, лозы хмелевые тесно сплелись и нет дороги к утесу.
Под сводом задумчивых елей, печалью объятых, таятся угрюмые, смутные тени; беззвучен сумрак холодный; янтарные капли смолы повисли на ржавой коре, да иссохшие хвои беззвучно спадают и тонут во мху.
Но в полночь, когда под чарами добрых духов сна затихает все живущее, вокруг утеса, глухо замирая по дебрям, несутся смутные клики и, вторя им, эхо гудит по пещерам и стонет -- то бодрствует стража заветной могилы.