О республике итальянской и политическом равновесии Европы

Избрание Бонапарте в президенты итальянской республики устрашило некоторых политиков. Это принадлежит к духу нашего века: мы давно уже боимся не вовремя, -- боимся не столько вещи, сколько имени! Чизальпинцы со дня завоевания земли их были покорными союзниками Франции, так как во время Филлы и Цезаря народы побежденные легионами назывались союзниками Рима, или как индейские набобы и раи, в их столицах наказываемые британцами, носят имя друзей английской Ост-Индской компании. Новая пограничная республика в Италии жила и дышала Францией, и только одной консульской рукой может быть хранима; судьба ее решена Маренгской победой и Люневильским миром: то есть, ей надлежало зависеть от Франции, которая, по условию с императорским двором, оставила в ее владениях 50000 войска для соблюдения нужного порядка.
Что ж нового сделалось? Могло ли одно торжественное наименование правителя увеличить силу Франции? Несколько деревень, присоединенных еще ко владениям гигантской республики умножили бы ее силы более, нежели сей пустой обряд, который показал только зависимость зависимых! Лигурия менее ли повинуется консулу, хотя он и не называется ее главою? Скоро увидим мы и независимость короля Этрурии!
И так лионская консульта ничего в самом деле не переменила в Италии. Прежде директория, а ныне Бонапарте есть душа Чизальпинии, которая без Франции не могла и не может существовать. Глубокомысленные политики наши смотрят в телескопы, нередко обманчивые, и боясь отдаленного, не видят ямы под ногами!
Кажется, что сам Бонапарте, зная людей, опасался дурных следствий консульты в рассуждении мира, и нарочно откладывал ехать в Лион, желая прежде все кончить в Амьене; ибо мы смело можем предполагать, что ему по крайней мере известно было намерение консульты избрать его в президенты. Тогда он всякий день надеялся подписать трактат. Сам лорд Корнваллис думал, как известно, возвратиться в Англию еще в половине января. Неожидаемые препятствия удалили заключение мира.
Бонапарте, без сомнения встревоженный разными отзывами неудовольствия, сам (как уверяют) сочинил ему статью {Она напечатана в марте Вестника.} в Монитере, в которой доказывают Европе, что Франция ныне нимало не увеличилась!!