"Добрая ссора лучше худого мира"

... Почти во всём, что было мною до сего времени напеча­тано, г. Леонтьев может найти метафизическое и психологиче­ское подтверждение и оправдание своих историко-публицисти­ческих симпатий и антипатий, которых сам он никогда научно и систематически обосновывать не пытался, например, оправда­ние его законной ненависти ко всеопошляющему и всемертвящему смешению вообще, к космополитическим, унитарно и эгалитарно-либеральным чаяниям и стремлениям нашего вре­мени, к современному повальному, обезличивающему утилита­ризму и позитивизму и т. д. И всё то, что существенно в на­шем русском культурном идеале (православие, само­державие, отчуждённость от политиканства и филистёрского са­модовольства европейского буржуа и т. д.) нам обоим равно до­рого. Сам г. Леонтьев говорит, что искренне сочувствует почти всем мыслям , выраженным мною в статье Национальное са­мосознание . Да и мне никогда не приходило в голову укорять г. Леонтьева во враждебности русскому культурному идеалу, против чего он, однако, по изумительному недоразу­мению в своих сбивчивых фельетонах так страстно протестует. Укорял я его и теперь продолжаю укорять в неоправданном ло­гически отрицании национального начала как начала и политической жизни и культуры во­обще...
Можно соглашаться насчёт свойств и значения русского культурного идеала, вовсе не касаясь вопроса о прин­ципиальном признании или непризнании значения на­ционального начала вообще, и если бы г. Леонтьев на этой нефилософской, не затрагивающей принципов, но легко­публицистической почве оставался, то никакого серьёзного спора между нами и не было бы. Но, любовно относясь к рус­скому культурному идеалу, до того любовно, что это его вводит даже в далеко не философское и не этическое ослеп­ление насчёт Запада, который по его мнению заслуживает вни­мания лишь как пример неподражания -- г. Леонтьев отрицает общее принципиальное значение нацио­нального начала вообще, вступая уже в область принципов философии, а не публицистических мудрствований толь­ко. И здесь спор между нами и неизбежен, и серьёзен: спор о том, в каком отношении стоит культура к на­циональности, иначе -- возможна ли и желательна ли прочная культура вне национальности, на ненациональ­ной почве? Я это последнее решительно отрицаю и во всей статье моей Национальное самосознание , и в некоторых других брошюрах (например, Смысл истории и идеалы про­гресса ); г. Леонтьев столь же решительно признаёт это и в брошюре своей Национальная политика , и в Византизме и славянстве , и во многих статьях своего Сборника.