Испанский гранд

Въ 1823 и 24 годахъ, послѣ экспедиціи въ Испанію Людовика XVIII для спасенія Фердинанда VII отъ конституціи, мнѣ случилось быть въ Турѣ, по пути за Пиренеи.
Наканунѣ отъѣзда былъ я на балѣ у одной любезнѣйшей женщины въ этомъ городѣ, гдѣ веселятся гораздо лучше чѣмъ въ провинціальныхъ столицахъ. Передъ ужиномъ -- (тамъ еще ужинаютъ) -- я подошелъ къ нѣсколькимъ разговаривавшимъ мущинамъ, которымъ незнакомый мнѣ человѣкъ что-то разсказывалъ.
Онъ приѣхалъ туда, кажется съ обѣда у окружнаго Генерала и сѣлъ за экарте, часто пасовалъ наконецъ побѣжденный карабинернымъ подпоручикомъ, кончилъ къ большому удовольствію проигрывавшихъ за него закладчиковъ, и съ горя вмѣшался въ разговоръ объ Испаніи, обыкновенный предметъ безконечныхъ и безполезныхъ разсказовъ.
Въ продолженіе разговора съ невольнымъ любопытствомъ вглядывался я въ лицо и осанку разскащика. Онъ былъ изъ числа тѣхъ на всѣхъ похожихъ существъ, которыя оставляютъ наблюдателя въ сомнѣніи -- причислить ли ихъ незамѣченнымъ геніямъ или обыкновеннымъ пройдохамъ.
Къ тому же онъ носилъ красную ленточку, хотя этотъ пышный значекъ ничего не придавалъ его особѣ. Платье зеленое, когда приличіе велитъ быть въ черномъ; на башмакахъ вмѣсто бантиковъ стальные пряжки; казимировые истасканные панталоны и галстухъ небрежно повязанный. Словомъ все говорило, что онъ не слишкомъ занимался нарядомъ, словно артистъ.
Ухватки его были какъ-то пошлы; лицо, побагровѣвшее отъ труднаго пищеваренія, ни одною рѣзкою чертой не возвышало его посредственности; лобъ открытый, волосъ мало. Судя по всему этому, я не зналъ, почесть ли его. Совѣтникомъ Префектуры или старымъ Военнымъ Комисаромъ, но лишь онъ поподъячески положилъ руку на рукавъ сосѣда, я спустилъ его въ класъ писарей, канцеляристовъ и ябедниковъ..
Наконецъ я совершенно убѣдился, въ точности наблюденіи моихъ, замѣтя, что его слушали только за разсказъ его, и никто не дарилъ его тѣми внимательными, искательными взглядами, которыми пользуются люди уважаемые.