Слабые нервы

Крѣпость N въ настоящее время одна изъ самыхъ большихъ русскихъ крѣпостей на Кавказѣ, довольно-многолодна и оживлена дружнымъ и веселымъ обществомъ. Выраженіе: большая крѣпость не должно понимать здѣсь въ смыслѣ тактическомъ: на Кавказа собственно крѣпостью называется цитадель; а къ понятію о крѣпости вообще присоединяются и форштаты и слободки женатыхъ нижнихъ чиновъ, поселянъ, торговцевъ и промышленниковъ.
Въ 185 году крѣпость N была нашимъ крайнимъ пунктомъ на передовой линіи. Непосредственно за рѣкой, надъ которой расположена она, начинался непріятельскій край, куда русскіе разъ въ недѣлю, съ сильнымъ прикрытіемъ, ходили за дровами, да и то не дальше, какъ верстъ за семь. Часто случилось, что горцы подползали къ валу, которымъ окружено поселеніе, и убивали неосторожныхъ, выходившихъ за надъ безъ оружія. И такъ, въ то время, къ которому относится нашъ разсказъ, жизнь въ крѣпости N представляла мало привлекательнаго. Кромѣ двухъ батальйоновъ егерскаго шика, штабквартира котораго помѣщалась также въ N, все населеніе ея состояло изъ нѣсколькихъ десятковъ семействъ служащихъ и отставныхъ солдатъ, да трехъ, четырехъ офицерскихъ семействъ. Да и жить-то было негдѣ: кромѣ казенныхъ зданій, занимаемыхъ командующимъ войсками и полковымъ командиромъ, не было ни одного сколько-нибудь сноснаго помѣщеніи, исключая домъ майорши Лозановой. Но майорша Ливанова постояльцевъ не пускала и вела строгую, уединенную жизнь, вслѣдствіе чего представляла своей особой нѣкій феноменъ, надъ разъясненіемъ котораго трудилось не мало праздныхъ годовъ. Мы не хотимъ сказать, что-бы на Кавказѣ всякая особа нѣжнаго пола, любящая уединеніе, возбуждала толки;-- напротивъ того: насъ нисколько не удивляютъ даже любительницы уединенія вдвоемъ , числительность которыхъ достигаетъ здѣсь весьма почтенной цифры; но въ настоящемъ случаѣ было надъ чѣмъ призадуматься. Дѣло въ томъ, что Вѣра Павловна Ливанова была двадцати-двухлѣтняя вдова и притомъ -- прехорошенькая. Чего-бы казалось прятаться ей отъ людей. Съ мужемъ своимъ она прожила всего какихъ-нибудь полтора года, слѣдовательно супружескія блага не могли ей наскучить; люди, которыми она была окружена во время своего вдовства, были нее добрые и простые люди, любившіе, правда, подъ часъ посплетничать; но это дѣлалось единственно отъ нечего-дѣлать, слѣдовательно подозрѣвать молодую вдову въ мизантропіи -- причинъ не имѣлось. Покойный майоръ Лозановь быль извѣстенъ своей сварливостью и грубостью; молодки женщина много вытерпѣла отъ него; слѣдовательно грустить такъ долго по мужѣ Вѣра Павловна не могла... Что-же за причины заставляли ее вести почти-монашескую жизнь? Много различныхъ мнѣній существовало на этотъ счетъ. Мы не будемъ приводить ихъ здѣсь, потому-что всѣ они были болѣе или менѣе неосновательны. Въ одномъ только всѣ соглашались: молодая вдова держала себя одинаково-холодно со всѣми своими обожателями; а въ домѣ у себя принимала одного только доктора, человѣка довольно-пожилаго и замѣчательно-безобразнаго собой.