Иллюзии

Елки Горностаевы не собирались делать. Детей у них не было. Семья состояла из людей солидных и зрелых. Самым младшим членом ее была хозяйка дома, Зинаида Ипполитовна, Дзи-Дзи, как звали ее близкие. Горностаев был лет на двадцать старше жены и с первых дней супружества усвоил привычку смотреть на нее, как на милое, шаловливое дитя. Так же относились к ней и мать его, важная старуха, страдавшая подагрой и почти не покидавшая кресла, и сестра его, седая, величественная Марго, которую Зинаида Ипполитовна прозвала королевой в изгнании. В молодости у Маргариты Павловны был роман, кончившийся смертью жениха почти накануне свадьбы, после чего она обрекла себя на девичество. Все трое баловали и лелеяли Дзи-Дзи, как умели и как могли. Все трое были в восторге от ее красоты, молодости, грации, оригинальности. В этом большом, чинном и богатом доме, населенном важными пожилыми господами и старыми испытанными слугами, похожими немножко на автоматов своими заученными жестами и стереотипными фразами, Зинаида Ипполитовна в первое время производила впечатление случайно залетевшей пестрой бабочки. Потом к ее присутствию все привыкли, но очарование осталось.
Инстинктивно, бессознательно, с смешанным чувством затаенной грусти и умиленного восхищения эти отжившие и отживающие люди берегли и окружали попечениями в лице Зинаиды Ипполитовны свежесть, молодость, радость жизни, -- все то, что было уже вне их, но что говорило им о далеком, невозвратном и потому таком милом прошлом, и наполняло смыслом и светом их настоящее. И мать, и сын, и дочь наперерыв друг перед другом тешили и ублажали молодую женщину.
Для нее неизменно устраивали в первые годы супружества елку под Рождество. Но с каждым разом Зинаида Ипполитовна выказывала все меньше интереса к традиционному вечнозеленому дереву, залитому огнями и разубранному блестящей мишурой, и лет семь уже в доме Горностаевых не было елки.
Время брало свое. Не прошло оно бесследно и над белокурой головкой Зинаиды Ипполитовны. Вышедшая из бедной малочиновной семьи, взятая замуж с институтской скамьи, Зинаида Ипполитовна вначале точно переживала волшебную сказку. Все ее радовало, вызывало наивное удивление или шумный восторг. Но постепенно она привыкла ко всему, и за последнее время все чаще и чаще напоминали о себе пресыщение и усталость от праздной, сытой, ничем не наполненной жизни.