Беда

Жил, говорят, в прежние времена один охотник. Был он настолько ловок и сметлив, что не было зверя, которого бы он не убил, птицы, которую бы он не подстрелил, рыбу, которую бы он не ловил. И прославился тот охотник на всю округу.
Как-то раз по заведенному обычаю отправился он на рассвете на охоту. Охота была, как всегда, очень удачной. Подстрелил он медведя, убил волка, забил лису, поймал белку, схватил зайца - словом, не упустил ни одного попавшегося в лесу зверя. Взвалил все это на плечи, взял под мышки, навешал на руки, а кое-что и волоком тащил. Только двинулся в обратный путь, как попался ему еще один, неведомый зверь. Лежал он поперек дороги, был похож и на волка, и на лису, но больше напоминал дохлую собаку. Подошел охотник поближе, пнул несколько раз ногой - от зверя ни звуку. Перевернул животом вверх - не подает чудище признаков жизни. 'Что это за напасть такая?- задумался охотник.- Сколько исходил лесных троп, а такого не видал'.
Повертел он неведомую находку туда-сюда, и так, и сяк посмотрел - и заметил на шее у чудища необычную пуговицу на тесьме. Она показалась ему чрезвычайно красивой. Это была пуговица не из кости, не из стекла, не из серебра и не из золота. Днем она светила тускло, зато ночью горела ярким огнем. Притронулся к ней пораженный охотник пальцами, и стала та еще более красивой. Видать, хозяин был знатного роду, даже на шее у собаки такая мудреная штука, подумал про себя охотник.
Вытащил из-за голенища нож и хотел отрезать занят ную пуговицу, но не тут-то было. Лента, к которой она была пришита, не поддавалась ножу. Провел он по ней раз, провел два, стал даже пилить ее, но она не резалась, а только растягивалась. Раздраженному, ему ничего не осталось, кроме как снять пуговицу с шеи собаки вместе с лентой. Снял он ее, надел на свою шею и, волоча за собой и того зверя, пустился домой.
Шел он, шел, оглянулся назад и увидел, что прошел расстояние, равное длине всего иголки. Пошел дальше и заметил, что с каждым шагом ноша его становится все тяжелее. Наконец, она стала ему вовсе не под силу, и он остановился перевести дух. И тут обнаружил, что вся его добыча превратилась в пни. Одна только дохлая собака осталась как была.