Бриллиант Кон-и-Гута

Роман
Пятнадцатилетний вор Джон Гарриман, засунув руки в дырявые карманы дырявых штанов, шел вприпрыжку, ежась от холода, по большой, ярко освещенной улице Лондона. Бледное лицо его выражало сильное утомление, щеки ввалились, глаза блестели, зубы щелкали, как у волчонка.
Вот уже два дня, как он почти ничего не ел...
С голодом он мог бы еще бороться, -- это не в первый раз! Но обида!.. Обида, которую он, Гарриман, стерпеть не может... Сказать ему, что он праздношатающийся бездельник и дармоед, которого всякому надоест кормить , -- сказать это ему, Джону, всю жизнь, изо дня в день, из ночи в ночь, работавшему головой, ногами и руками, -- главным образом руками, -- чтобы прокормить себя и этого старого дьявола Водслея!
Водслей отбирает у него полностью весь заработок, если не считать доли, остающейся в полиции, смирительном доме и некоторых других местах, о которых не стоит вспоминать!..
-- Баста! Он больше не будет работать на других! Если уж работать, то только на себя! К Водслею он не вернется, хотя бы ему пришлось сесть на целый год в исправительную тюрьму.
Раздумывая на эту тему и по привычке разглядывая исподлобья прохожих, главным образом, те боковые части их туловищ, к которым портные любят пришивать карманы, Гарриман мысленно сократил годовой срок тюрьмы на половину, а затем, поразмысливши немного, и еще на половину. С трехмесячным -- он примирился.
-- Пожалуй, в этом даже нет ничего плохого... Осень на носу, а пальцы торчат из сапог веером. Если сесть туда удачно, т. е. при помощи некоторой доли жалобных гримас и вздохов сразу же вызвать к себе сострадание, -- а его не лишены даже эти высокомерные господа с большими золочеными пуговицами! -- то можно будет, во всяком случае, привести в порядок свою кожу .
Этим наименованием Гарриман имел обыкновение называть свой гардероб.
-- А человек с кожей -- совсем другое дело!
Главное -- что снаружи. Какая разница между ним, Гарриманом, и другими? Никакой. Только в коже . Да еще разве в том случайном, хотя и неприятном обстоятельстве, что он уродился рыжим...