Московский литературный и ученый сборник на 1847 год

Человек на человека не приходит... Один задумал что-нибудь, -- не удается, не везет: он махнул рукой и принялся за другое. И ему ничего: в сердце у него ничто не оборвалось; образ деятельности, путь жизни изменился, но он все тот же: как будто ничего не терял, ни от чего не отказывался. Ему хорошо: кровь у него течет в жилах ровно, сердце не перевешивает рассудка. Чего нельзя, того нельзя, говорит он и успокоивается... А другой человек весь и навсегда отдается овладевшей им цели. Будь даже ясно, как день, что она для него недоступна, он и тут от нее не откажется; за неимением существенного, он будет жить фантазиями: построит надежды свои на том, что невежды вдруг поумнеют, мерзавцы сделаются честными людьми... Во всяком случае, он будет идти к своей цели упорно и неуклонно до последнего своего часа, потому что для него перестать стремиться к ней -- значит перестать жить. И если в нем таится любовь и к истине и верное чувство истины, -- он, бесспорно, сделает много хорошего... Но если человек с такими силами, по ограниченности или по чему-нибудь другому, стремится к цели мелочной или ложной, тогда представляется зрелище забавное и вместе трагическое: пот и кровь обильно льются на почву, не способную к растительности, великие подвиги трудолюбия и самоотвержения приносятся в жертву тому, для чего не стоит ударить пальцем о палец, -- гора родит мышь. Смешно и жалко!.. Еще более забавно и трогательно, когда вдруг несколькими людьми овладеет ложное убеждение и когда упрямство, самолюбие, ограниченность, расчет, добросовестное ослепление -- заставляют их, вопреки очевидности и здравого смысла, упорно стоять на своем. Тут все -- и завидная сила воли, и неуклонная настойчивость, и энергическое преследование задушевной цели, качества, бесспорно, редкие и очень почтенные, -- все принимает юмористический колорит... Для так называемых посторонних зрителей подобные явления истинный праздник: не принимая участия в борьбе, они видят только смешную сторону дела и, как говорится, жиреют на чужой счет, потешаясь на славу!