Пробел в школьном деле

Чрезвычайно медленно и туго, со всяческими задержками и преткновеніями, но все-таки подвигается у насъ впередъ образовательное дѣло народа. Число школъ и учащихся въ нихъ съ каждымъ годомъ увеличивается, а что и того лучше, выборъ педагоговъ дѣлается строже, вслѣдствіе чего и жалобъ на ихъ неспособность или бывалую распущенность почти уже не слышно. И съ этой стороны можно, хотя еще и очень умѣренно, порадоваться за дѣло.
Но есть другая сторона, и теперь также нерадостная, какъ и въ былое время: школа не содѣйствуетъ нравственному развитію учащихся. Нѣтъ нужды повторять здѣсь азбучныя истины, въ родѣ той, напр., что образованіе должно состоять въ развитіи всѣхъ силъ данныхъ человѣку,-- умственныхъ и нравственныхъ; но по отношенію къ народной школѣ необходимо прибавить -- преимущественно нравственныхъ.-- На сколько нравственно неустойчивъ нашъ православный, и только православный, людъ, распространяться объ этомъ нѣтъ надобности; достаточно вспомнить хоть только его увлеченіе одуряющей влагой. Чтобы онъ не сознавалъ всего зла этихъ увлеченій, такъ горько отзывающихся во всемъ его, семейномъ и хозяйственномъ, быту,-- не мыслимо; но у него нѣтъ силъ на борьбу съ ними; а нѣтъ силъ, потому что никто во-время не озаботился развитіемъ его нравственной силы. Такъ и идетъ поколѣніе за поколѣніемъ. Поколѣнія послѣдняго времени, воспринявшія всю школьную мудрость даже въ образцовыхъ училищахъ, шагъ за шагомъ идутъ во слѣдъ своихъ безграмотныхъ отцовъ; да еще какъ рано,-- на самыхъ школьныхъ скамьяхъ начинаютъ такъ гибельный для всей ихъ жизни путь. И какъ могло бы быть иначе при тѣхъ условіяхъ, въ какія у насъ поставлено школьное дѣло вообще?...
Что почвой для нравственнаго развитія должна служить религія, это -- уже такая аксіома, которую могутъ отрицать развѣ только отрицающіе необходимость всякихъ нравственныхъ началъ въ жизни. И религіозный элементъ, подъ названіемъ Закона Божія, у насъ не только введенъ въ школу, но и охраняется самымъ заботливымъ образомъ: извѣстно, сколько было препирательствъ, и доселѣ еще не кончившихся, по вопросу -- могутъ ли свѣтскія лица быть преподавателями Закона Божія,-- препирательствъ, замѣтимъ мимоходомъ, обличающихъ или незнаніе, или намѣренное маскированіе законоучителей, каковыхъ большинство въ сельскихъ школахъ. Такъ. Но что такое у насъ законоучительство (и не въ однѣхъ сельскихъ школахъ)? То ли ознакомленіе съ закономъ жизни, постановленнымъ самимъ Богомъ, которое бы вполнѣ воспринято было ихъ мыслью, усвоено совѣстью (прирожденнымъ нравственнымъ сознаніемъ) и вошло, какъ говорится, въ ихъ плотъ и кровь?... То ли ознакомленіе ихъ съ отношеніями человѣка въ Богу, которое проникало бы и охватывало всю душу ихъ любовью къ Нему, какъ къ Отцу, стремленіемъ служить и повиноваться Ему лишь во имя этой любви, а не изъ-за страха каръ, не изъ корыстныхъ разсчетовъ?... Нѣтъ и нѣтъ! И въ законоучительствѣ у насъ -- системы, методики, программы и, какъ неизбѣжный результатъ этихъ схоластическихъ условій,-- отзубриваніе мертвой буквы вмѣсто усвоенія животворящаго духа религіи. Отсюда и всецѣлая нравственная безвліятельность нашего школьнаго законоучительства.