Господин капитал

Въ ресторанѣ С--ча всѣ офиціанты солидные, пожилые: есть совсѣмъ бѣлые, какъ лунь, старики. Держутся съ достоинствомъ, безъ подобострастія. Но видъ у нихъ такой, будто не спали цѣлую недѣлю: идутъ -- шатаются, продираютъ сонныя глаза, прячутъ зѣвокъ въ пушистыхъ сѣдыхъ усахъ. Это заинтересовало меня, и я спросилъ прислуживавшаго мнѣ офиціанта, Станислава, почему онъ выглядитъ такимъ усталымъ и соннымъ.
-- Безпрерывное дежурство въ продолженіе двадцати одного часа. Присѣсть некогда, ну и измаялись.
-- Двадцать одинъ часъ?!
Я пришелъ въ ужасъ. Это неслыханная эксплоатація труда!
-- Да какъ же это можно?-- обратился я вновь къ офиціанту, какъ согласились вы на это? Неужели у васъ нѣтъ профессіональныхъ обществъ, которыя вступились бы за васъ?
-- Общества-то есть,-- сипло проговорилъ мой собесѣдникъ.-- Мы и есть общество. Артель мы. Сами содержимъ ресторанъ, сами и работаемъ!
Такъ вотъ оно что? Вотъ почему этотъ солидный подборъ служащихъ: сами хозяева , вотъ откуда переутомленность: сами и работаемъ чтобы не расходоваться на наемныхъ офиціантовъ . И жаловаться на эксплоатацію некому, потому сами себя эксплоатируемъ.
Случай, надъ которымъ слѣдуетъ задуматься. Ретрограды, конечно, по своему истолкуютъ его, вотъ молъ, и слушайте, жалобы рабочихъ. Ворчать на десятичасовой рабочій день, и сдѣлались предпринимателями -- и сами же себя измываютъ чуть не круглыя сутки. Отсюда уже недалеко до вывода: стоить ли нормировать рабочее время и вообще заботиться объ охранѣ здоровья рабочихъ, если сами они не охраняютъ его и устанавливаютъ для себя такую каторгу которая не существуетъ и въ подневольномъ трудѣ.
Однако, такой выводъ основывается на явномъ недоразумѣніи, происходящемъ оттого, что, въ данномъ случаѣ, въ одномъ лицѣ слились предприниматель и рабочій, не говоря о самоэксплоатаціи рабочаго, забываютъ о немъ же, какъ о предпринимателѣ. А въ этомъ-то весь центръ тяжести.
Рабочій вопросъ обычно разсматривается подъ угломъ зрѣнія классовыхъ интересовъ. Въ данномъ случаѣ этотъ вопросъ освѣщается, такъ сказать, съ психологической стороны, показывая силу капитализма надъ человѣческой природой вообще. Вся борьба между трудомъ и капиталомъ сосредоточилась въ душѣ одного Станислава. Въ немъ слились предприниматель и рабочій, какъ орудія производства. Между тѣмъ и другимъ нѣтъ никакихъ посредниковъ ни забастовать, ни пожаловаться. Это уже борьба не классовъ, а капитализма съ современнымъ человѣкомъ, борьба въ свободныхъ условіяхъ. Не сдерживаемая никакими внѣшними вліяніями государства. Къ чему же привела эта борьба? Станиславъ офиціантъ совершенно изнемогъ подъ игомъ Станислава предпринимателя.