К сегодняшнему бенефису Глаголина

Сегодня бенефис артиста Б. С. Глаголина.
Бенефициант ставить пьесу гр. Алексея Толстого Царь Федор Иоаннович . Постановка одной из лучших русских пьес представляет собой большой интерес, который усугубляется выступлением в заглавной роли царя Федора г. Глаголина, с большим успехом заменявшего в Суворинском театр Орленева.
Наша полемика с ним по поводу постройки в Смоленске театра не только не мешает, но, по моему у6еждению, возлагает, на меня долг отмежевать артиста Глаголина от Глаголина теоретика и, как бы ни расходился я с последним, отдать полную дань уважения первому. В сущности говоря, не сделай артист Глаголин, из своих теоретических построений практический вывод о ненужности постройки театра в Смоленске, не затрагивай этого больного вопроса, под многими его предпосылками можно подписаться.
Никто, узнавший иные восторги истинного театра, не будет спорить о том, что провинциальная сцена все, что угодно, только не театр, как искусство.
И поскольку артист г. Глаголин с искренней любовью говорить о подлинном, святом искусстве и скорбит о несовершенстве современного, -- я протягиваю ему руку, как протянет всякий, кто чувствует тоску по истинном искусстве. В этом пункте мне очень хотелось бы разъяснить недоразумение между мной и им.
Пункт расхождения я вижу лишь в том, что г. Глаголин хотел бы уничтожить современные плохие театры, пока не появится истинное искусство.
С этим я не соглашусь потому, что всякое искусство, более, или менее совершенное аристократично и в высших проявлениях не доступно массе.
Если даже представить общество, лишенное классового различия, всегда останется аристократия духа, которая будет вести искусство к новым берегам. И толпе не угнаться за этими аванпостами.
Оставить же толпу без всякой духовной пищи, предоставив ей самой дорасти до высшего искусства, это значит порвать последние нити, по которым передовые вожатые ведут основную массу человечества совершествования.
Во имя этих малых сих , для которых и современный провинциальный театр предоставляет нечто ценное, он и должен быть сохранен.