Прогулки на гидроаэроплане

...Авиатор осмотрел наши шляпы. Моим кепи удовлетворился, натянув его мне больше на уши. Попросил снять пенсне, -- чтобы не сдуло ветром. Легкую шляпу моего соседа авиатор заменил теплой вязаной авиаторской шапкой, закрывающей всю голову, кроме лица. Авиатор собственноручно натянул на голову моего товарища эту шляпу, чем вызвал восторг собравшихся на берегу мальчишек.
После того, как мы были превращены таким образом в авиаторов, наш капитан отдал приказ спускать аппарат на воду.
Пять или шесть рабочих подъехали в лодке, зацепили веревкой за одну из лодок гидроаэроплана и стали отвозить аппарат от берега, лавируя меж стоящих на рейде лодок и судов.
Когда все лодки остались позади, аппарат повернули к выходу из рейда.
Авиатор, стоя распоряжавшийся всеми этими работами, отставил свое кресло, освободив этим место для вращения рычага, пускающего мотор в ход, и не без труда повернул ручку рычага. Мотор стал выбивать дробь, и мы медленно начали продвигаться по бухте.
...Гидроаэроплан помчался со скоростью хорошей моторной лодки, вспенивая воду. Авиатор делал по бухте большой полукруг, чтобы направить аппарат в открытое море, против встречного ветра.
Это водяное путешествие показалось мне довольно продолжительным, может быть потому, что скорее хотелось подняться в воздух. Мы описали дугу. Мол под маяком остался вправо, перед нами было открытое море.
Авиатор поставил мотор на максимальную скорость, оглушительная дробь перешла в однотонное жужжание, которое казалось, стало тише. Лодки нашего аппарата резали волны, оставляя за собой пушистую полосу пены.
Чем дальше выезжали мы в открытое море, тем выше были волны и тем больше качало наш аппарат.
Это уже не было плавание . Наше движение походило на полет над водой отяжелевшей птицы.
Наступил момент отделиться от воды.
Авиатор с напряжением поворачивал рычаг. Хвост аппарата коснулся воды, передняя часть лодок приподнялась. Волны бросают под лодки целые водопады и разбиваются в белое облако. Точно какое-то сказочное чудище разыгралось с волнами... Волны бьют все сильнее, и при каждом ударе аппарат неравно дрожит и как раненая птица, делает порыв вверх, стараясь вырваться из этой кипящей белой пены. Но тяжесть одолевает...