"Тайфун"

Неизвестный Александр Беляев. Театральные Заметки.
Тайфуном, грозным, разрушительным смерчем, мечтает молодая Япония пронестись над старой Европой, Но, чтобы победить, надо усвоить плоды тысячелетней европейской культуры. И вот, в Mиpoвой центр ее - Париж, стекаются сыны восходящего солнца , во главе с гордостью страны , - молодым ученым Токерамо, на которого возложена высокая миссия: написать сочинение, в котором была бы собрана квинт эссенция европейской культуры, все достойное подражания.
Тикерамо самоотверженно работает в этом направлении до тех пор, пока на его пути не встречается женщина, прекрасная парижанка, олицетворившая в себе все очарование и испорченность старого запада. Токерамо борется между чувствами долга к родине и потребностями личной жизни. Друзья-японцы внушают ему мысль, что все препятствия он должен устранить с своего пути. И вот, под влиянием друзей, в припадке раздражения, Токерамо душит Элен Ларош. Один из японцев принимает вину на себя: жизнь Токерамо слишком дорога. Токерамо может работать спокойно. Но это оказывается выше его сил: он слишком любил Элен... Душа его надломлена, он умирает...
Старый запад победил восток. Но чем? Горе нам, - говорит один из японцев, - если с европейской культурой мы воспримем и европейскую испорченность .
На этот раз, в роли спасителя культуры выступил очаровательный порок . Пока есть златокудрыя Ларош, старушка Европа может спать спокойно, не боясь тайфуна с востока.
Но не одной испорченностью сильна и страшна Европа. Не от одной златокудрой Элен погиб Токерамо; - в лице его, восточный принцип: человек для государства , был побежден европейским лозунгом: государство для человека . Победил принцип свободной человеческой личности.
С идейной стороны пьеса затрагивающая грандиозную проблему столкновения двух культур, приобретает глубокий внутренний интерес. Говорю внутренний , так как с внешней стороны пьеса скучновата.
Постановка интересная, - в особенности японский вечер у Токерамо. Г. Бецкий интересный Токерамо. Только одно: в 1-м акте Токерамо, для японца очень уж сдержан, тогда как в последних актах можно несколько убавить ажитацию: ведь Токерамо умирает от истощения. Затем, во всех сильных переживаниях голос артиста начинает звучать очень глухо: этот прием производит известный эффект, если им пользоваться в меру. У г. же Бецкого целые действия проходят в таком глухом тембре.