Враг в небе

Точно улей гудитъ большое зданіе гимназіи, въ которомъ размѣщался комитетъ западнаго фронта всероссійскаго земскаго союза. Въ узкихъ корридорахъ бурлить встрѣчное теченіе людского потока. Комнаты переполнены. Здѣсь формируются отряды лазаретовъ, подвижныхъ госпиталей, бань, питательныхъ пунктовъ. Работа идетъ потнымъ ходомъ, несмотря на то, что уже десятый часъ вечера,-- пора и на ужинъ.
Въ многоголосый шумъ вдругъ вплетается отдаленный, тревожный гудокъ. То сигналъ: къ городу летитъ цеппелинъ. Вѣсть мгновенно облетаетъ все трехъэтажное зданіе. Гуль голосовъ еще больше усиливается. но скоро спадаетъ: точно граммофонъ во время игры, перевели на низкій регистръ . Стало тише, тревожнѣй... Звенитъ звонокъ, и чей-то голосъ выдѣляется въ общемъ гулѣ: Цеппелинъ приближается, гасите огни въ корридорахъ !
Несмотря на приближеніе врага, столовая, которая помѣшается въ томъ же зданія, переполнена. Можетъ быть потому, что она расположена въ низшемъ этажѣ: здѣсь безопаснѣй.
Ужинъ тянется дольше обыкновеннаго. Тѣ, кто уже поужиналъ, жмутся у стѣнъ корридора, не рѣшаясь идти домой. Съ полумракѣ слышны шутки мужчинъ, нервный смѣхъ женщинъ.
А тревожный гудокъ все стонетъ... Летитъ страшный змѣй. Кто обреченъ въ жертву этому Минотавру нашихъ дней?
Однако, это пассивное состояніе жертвы становится слишкомъ тягостнымъ, и публика рѣшается, наконецъ, выглянуть на улицу.
Тьма. На небѣ свѣтлѣй, чѣмъ на землѣ. Тамъ, сквозь легкія облака, проглядываютъ звѣзды. Желтый мѣсяцъ съ блѣднымъ контуромъ потной окружности латы коснулся горизонта.
Въ этотъ вечеръ, подъ тревожные звуки гудка, весеннее небо стало другимъ...
Тысячелѣтія оно противополагалось нашей грѣшной, суетной землѣ, какъ символъ вѣковѣчнаго покоя, великой тайны мірозданія --
Но люди забыли небо, и оно мстить. Звѣзды притаили у себя смерть, звѣздная сѣть охватила земли, отъ края до края. Небо стало врагомъ.
Ad astra летятъ теперь не мысли, философа и поэта, а шрапнели.
А небожители? Въ ихъ роли выступили нѣмцы. Взобрались на небо, чтобы стирать людей съ лица земли.