Кустарные промыслы в Ставропольской губернии

Всякий промысл, требующий известной степени обучения и ремесленного знания, мы называем промыслом кустарным , и слово это производим от немецкого Kunst , что косвенно намекает и на усвоение нами от немцев многих ремесел. Наши лексикографы называют кустарным промыслом собственно только ткачество, а самое слово относят к местному (?) наречию; мы же слову кустарный придаем более широкое и общее значение и кустарником называем каждого ремесленника, работающего в одиночку, или с подмастерьем, или в артели, исключая из этой категории одних фабричных и заводских ремесленников на том основании, что изделия тех и других, хотя бы были, так сказать, однохарактерны, все-таки нетрудно и малоопытным глазом отличить изделие фабричное или заводское от ручного, которое, впрочем, может быть и весьма плохого и очень хорошего достоинства, как по внутреннему качеству, так и по внешней отделке. В обоих производствах разница заключается еще и в том, что когда ремесленник выпускает свои изделия по мелочи, фабрика и завод в то же время делают их en masse. Определив, таким образом, взгляд и размеры кустарных промыслов (мы сочли это необходимым ввиду единства работ при дальнейших исследованиях), разделяем их, прежде всего, на две главные группы: местную и отхожую. На основании такого подразделения каждое ремесло может быть отнесено к той или иной группе, смотря по тому, в какой из них оно находит больше благоприятных условий для своей деятельности; то есть где ремесленник находит больше средств к заработку, а следовательно, и к жизни и в то же время не подчиняется закону о цехах.
Исследование кустарных промыслов в Ставропольской губернии давно было предметом наших горячих желаний, в видах возможно многостороннего изучения экономической деятельности населения. Желания наши, однако же, должны были уступать другим, более важным статистическим работам. Настоящим же трудом мы занялись по личному приглашению господина председателя Комиссии по исследованию кустарной промышленности, учрежденной при Совете торговли и мануфактур. Ввиду такой инициативы, доказывающей, прежде всего, заботливость правительства, признавшего необходимость изучения народного труда в главнейших отраслях промышленности, мы, к сожалению, не можем не сознаться в недостатках и незаконченности собственного труда. Материалы, которыми мы пользовались, хотя и добыты официальным путем, но, во всяком случае, страдают погрешностями, указывающими, с одной стороны, на неопытность составителей (сельских писарей), большею частью не понявших дела, а с другой -- на недоверчивость показателей, предполагающих в каждом статистическом вопросе заднюю цель. Нужно, впрочем, заметить, что это самые больные места в нашей статистике вообще.