Картины лесной жизни

(ЭПИЗОДЫ ИЗЪ НЕОКОНЧЕННОЙ ПОВѢСТИ).
Есть ли еще заколдованные лѣса на свѣтѣ?
Что за старая, полузабытая сказка звучитъ въ сердцѣ! Кто-то въѣзжаетъ въ заколдованный лѣсъ.... И лѣсъ долженъ былъ быть непремѣнно такой точно русскій сказочный, -- вѣковая береза и сосна. Такъ же неподвижно и таинственно долженъ онъ былъ стоять въ прозрачномъ, свѣжемъ, росистомъ, туманномъ воздухѣ лѣтняго, ранняго утра. Сказочные богатыри тоже чай выѣзжали пораньше, на зарѣ, по холодку. А то комаръ и паутъ доймутъ выкормленнаго за ночь, нетерпѣливаго жеребца. И вотъ вѣрно этакая же глухая тропка. Кругомъ великаны-деревья, разлатые кусты, глушь и дичь лѣсная, все забрано этакою же безконечною, могучею, трепещущею въ свѣтотѣняхъ утра листвой. Вотъ взлетѣлъ тяжелый глухарь.... Съ рѣзкимъ крикомъ стая дикихъ, еще никѣмъ не пуганныхъ лебедей низко потянула надъ лѣсомъ. Не вынимаетъ богатырь на нихъ своей каленой стрѣлы, онъ въ недоумѣніи: куда ведетъ лѣсная тропа? Прислушивается онъ къ утреннимъ, лѣснымъ шумамъ и шорохамъ, птичьимъ всвистамъ и звѣринымъ вскрикамъ, на которые и его саврасый подымаетъ уши. Звякнулъ мечъ объ стремя, скрипнула дубовая лука сѣдельная. Не покажется ли какой человѣкъ, не будетъ ли какой примѣтины? Куда занесла молодца вражья сила нечистая? Видитъ, идетъ изъ лѣсу дровосѣкъ, лѣсной мужичокъ, какъ лунь сѣдой.... Борода длинная, длинная.... Кланяется.... Куда путь держишь, добрый молодецъ?
Только мужичка лѣснаго не хватаетъ, добавилъ свои фантазіи молодой верховой, стегнувъ поводомъ вороную лошадь. На ея сытые бока брошена была сермяга, самъ же онъ сидѣлъ привычною посадкой, нѣсколько на бокъ, и ѣхалъ лѣсомъ шагомъ, изрѣдка подергивая поводъ, когда конь, пользуясь его задумчивостью, щипалъ, играя, траву и листья.
Сидѣть на лошади надо было хорошо и крѣпко: лѣсная тропа была очевидно пѣшеходная и часто то пересѣкалась могучими змѣями черныхъ узловатыхъ корней, на которые спотыкались бойкія копыта, то становилась такою мокрою и мягкою что конь глубоко затопалъ и трудно вытаскивалъ ноги. Но несмотря на то что раза два или три едва удерживался на спинѣ коня, сѣдокъ задумчиво, не обращая вниманія на дорогу, смотрѣлъ по сторонамъ.