А. С. Грибоедов в Персии и на Кавказе 1818-1828

Пребыванию в Персии и служению на Кавказе, в одну из самых героических эпох нашего владычества в этом крае, A. C. Грибоедов, без сомнения, посвятил лучшие годы своей жизни. Взяв этот именно период его деятельности предметом настоящей статьи, я начну с того, что рассказ мой далеко не представит той полноты, какой читатель, судя по выставленному заглавию, был бы вправе от него требовать; он имеет целью не более как сообщение лишь некоторых сведений об Александре Сергеевиче в дополнение к тем материалам, из которых, рано или поздно, должна создаться полная, достойная его, биография.
Источниками при составлении статьи мне служили, как официальные документы, так и устные сообщения, равно письма Карла Федоровича Аделунга -- одной из жертв тегеранской катастрофы11. Письма эти, числом 20, обязательно сообщенные мне Н. П. Кеппеном, племянником убитого, писаны между 6 июня и 1 декабря 1828 года и заключают в себе, главным образом, сведения о путешествии Александра Сергеевича в Персию, в качестве полномочного министра при тамошнем дворе.
A. C. Грибоедов, оставив военную службу, определился, как известно, в 1817 году, с чином губернского секретаря, в иностранную коллегию, где получил должность переводчика. Звание это он сохранил, впрочем, ненадолго, так как около половины 1818 года был определен секретарем при С.И. Мазаровиче, тогда же назначенном поверенным в делах наших в Персии. Кроме Грибоедова, к составу миссии был причислен и актуариус Амбургер. Первое известие о назначении миссии было получено генералом А.П. Ермоловым от графа Нессельроде, который, в отношении от 16 июля 1818 года, между прочим, писал:
Кроме сих чиновников, назначено быть при означенном посте переводчику для языков восточных. Хотя такового, по мнению Мазаровича, можно найти и в Грузии, но он предпочтительно желал бы, чтобы оный был выписан из Константинополя, для того, что с познанием восточных языков такой переводчик соединял бы знание европейских, -- и вообще имел бы более сведений, которых в жителях Грузии предполагать нельзя. Сверх сего, Мазарович считает необходимым иметь двух доверенных людей из грузин и армян, из коих один находился бы при наследнике персидского престола в то время, когда поверенному в делах нужно будет иметь пребывание при шахе; другой -- должен основать свое пребывание в Бушире или Ширазе. Первый -- будет ему сообщать сведения обо всем, что принадлежит до политической части; посредством второго -- может он получать известия о торговых оборотах и вообще поступках, намерениях и видах англичан, которые в Бушире, яко в средоточии всей персидской торговли, имеют свои фактории.