Защита Михайловского укрепления 22 марта 1840 года

Турция по Андрианопольскому трактату, хотя и отказалась от территориальных прав своих на северо-восточный берег Черного моря, но втайне она не переставала поддерживать против нас религиозный фанатизм черкесских племен и в изобилии снабжать их порохом, железом, свинцом и другими припасами. Эти именно недружелюбные отношения к нам соседственной державы вызвали мысль о возведении вдоль восточного берега Черного моря целого ряда укреплений, с целью не только прекращения свободного сообщения с горцами, но и уничтожения торговли черкесскими невольницами, так выгодно сбывавшимися на главных рынках мусульманского Востока. При назначении на Кавказ корпусным командиром генерала Головина (1837-1842), Черноморская береговая линия, можно сказать, только что возникла. Укрепление Новотроицкое было крайней его точкой на северной оконечности, а укрепление Святого Духа на южной; все же пространство между этими пунктами оставалось открытым для Турции. В конце 1830-х годов были построены укрепления: Навагинское, Тенгинское, Головинское, Лазаревское, Вельяминовское, Михайловское и другие. Заменяя у нас так называемые camp retranche (укрепленный лагерь -- Ред.) французов в Алжире, укрепления эти были не что иное, как небольшие редуты, окруженные рвом и насыпным валом, за которым находились казармы, офицерские домики и церковь. Защита каждого из них была вверена двум, редко трем или четырем ротам, которые, при крайне неблагоприятных климатических условиях, почти никогда не находились в полном боевом составе. Сообщение между укреплениями происходило морем, на небольших гребных судах; о сухопутном же сообщении берегом нельзя было и помыслить, ввиду неустройства дороги и большой опасности от горцев. При таких условиях становится понятной жизнь наших гарнизонов. Брошенные на глухой и пустынный берег моря, на котором располагали лишь ничтожным клочком земли в крайне тесных пределах возведенного на нем укрепления, они были обречены на самую тяжелую, полную тревог службу, без всякой надежды, в случае нужды, на какую-либо помощь извне. Если к этому прибавить те еще моральные испытания, которым они подвергались вследствие постоянного опасения за жизнь от нередких в тех местах эпидемических болезней или фанатизма горцев, а также дурную пищу и другие лишения, то нельзя не согласиться, что более безотрадного положения не могло бы придумать и самое пылкое воображение. С открытием навигации и с приходом нашей эскадры для снабжения укреплений свежими съестными припасами, гарнизоны несколько оживали, но эти мгновенные вспышки с уходом судов в Севастополь и с наступлением зимних месяцев, еще сильней давали им чувствовать всю безвыходность их положения в этих диких захолустьях морского побережья.