Москва победила

Все московское княжество уже безъ спора перешло по наслѣдству къ сыну Василія Ивану III.
Вступивъ на престолъ послѣ смерти отца своего, Иванъ Васильевичъ задумалъ присоединить къ Москвѣ другія княжества, еще остававшіяся подъ-властью своихъ князей -- Рюриковичей; но такъ какъ великій князь былъ человѣкъ разсчетливый и медлительный, то онъ не дѣлалъ ничего сразу, а постепенно подготовлялъ почву, выжидая удобнаго момента.
Пріобрѣтая могущество, становясь самымъ сильнымъ изъ князей русскихъ, Иванъ Васильевичъ начиналъ отличаться отъ другихъ и въ своей домашней жизни. Прежніе князья жили всегда скромно, не окружали себя пышностью, были доступны для всякаго, кто имѣлъ къ нимъ какое нибудь дѣло; но при Иванѣ III все это измѣнилось, благодаря его второму браку съ греческой царевной Софіей Палеологъ.
Въ молодыхъ лѣтахъ Иванъ былъ женатъ на тверской княжнѣ Маріи, отъ которой имѣлъ сына, также Ивана, прозваннаго, въ отличіе отъ отца,-- Молодымъ. Марія скоро умерла, и овдовѣвшій князь года черезъ два задумалъ жениться на греческой царевнѣ, которая въ это время гостила въ Италіи у римскаго папы.
Папа съ удовольствіемъ согласился на этомъ бракъ, увѣренный, что царевна, которая такъ долго пользовалась его милостями, поможетъ ему обратить русскихъ въ католическую вѣру; но онъ глубоко ошибся. Пріѣхавъ въ Москву, Софья Ѳоминишна сдѣлалась ревнительницей православія и вовсе не оправдала надеждъ, которыя на нее возлагались въ Римѣ.
Какъ племянница греческаго императора, новая княгиня привезла съ собой въ Москву неизвѣстныя тамъ церемоніи придворныя, пышность, строгій этикетъ, котораго русскіе не видѣли еще никогда въ палатахъ своего князя.
Кромѣ того, съ Софіей Ѳоминишной пріѣхали греки, ея родственники и итальянцы, которымъ знатные бояре московскіе должны были всюду уступать свои почетныя мѣста, что возбуждало единодушное, ихъ негодованіе.
Прошло нѣсколько лѣтъ послѣ брака съ греческой царевной, и Иванъ уже являлся народу не просто княземъ московскимъ, а грознымъ государемъ, требующимъ отъ всѣхъ безпрекословнаго повиновенія, строго карающимъ за ослушаніе. Мало по малу онъ возвысился до недосягаемой царственной высоты, передъ которою бояринъ, князь, потомокъ Рюрика, должны были преклониться наравнѣ съ послѣднимъ хлѣбопашцемъ. Князья-Рюриковичи, лишившіеся только недавно своихъ удѣловъ, еще не могли помириться со своей новой ролью безгласныхъ рабовъ государевыхъ и сильно вознегодовали на Софію, которая перенесла греческіе обычаи на русскую землю. Но великая княгиня не обращала вниманія на ропотъ бояръ; а послѣ рожденія первенца Василія стала еще болѣе горда и неприступна.