Путешествие лорда Байрона в Корсику и Сардинию

ИЗЪ НЕИЗДАННЫХЪ ЗАПИСОКЪ БЕНСОНА, ИЗВЛЕЧЕННОЕ А. И. БИБИКОВОЙ.
Есть существа, отмѣченныя судьбою, о которыхъ образованные народы говорятъ и пишутъ десятки, сотни лѣтъ, и слушать объ нихъ не устаетъ даже самое нетерпѣливое поколѣніе -- поколѣніе нашего XIX вѣка. Какъ бы мы ни спѣшили жить и чувствовать, а есть струны къ которымъ стоитъ только прикоснуться, и мы останавливаемся на бѣгу, прислушиваемся къ давно извѣстнымъ звукамъ, возвращаемся даже вспять, мы, вѣчно бѣгущіе впередъ,-- возвращаемся къ ощущеніямъ, давно нами перечувствованнымъ, но вѣчно въ насъ живущимъ.
Кто изъ насъ не остановится съ любопытствомъ на разсказѣ о подобныхъ существахъ, въ особенности, если намъ скажутъ, что подобный разсказъ не былъ въ печати?
Къ плеядѣ міровыхъ извѣстностей, вѣчно и живо интересующихъ мысль и сердце человѣка -- безспорно принадлежитъ и Байронъ,-- представитель поэзіи нашего вѣка въ высшемъ ея проявленіи.
Геній и творенія его извѣстны всему образованному міру; послѣднія составляютъ предметъ живыхъ восторговъ и удивленія столько же иноземцевъ, какъ и соотечественниковъ его.
Въ представляемомъ нынѣ разсказѣ о знаменитомъ лордѣ, нигдѣ еще не напечатанномъ, говорится о немъ, не какъ о геніѣ, но какъ о человѣкѣ. Мало было людей замѣчательныхъ, на которыхъ бы столько клеветали, какъ на геніальнаго англичанина, а между-тѣмъ всѣ знавшіе лорда Байрона лично, а не по однимъ только слухамъ, уважали высокую душу поэта, несмотря на нѣкоторые недостатки и странности его нрава. Многіе описывали уже Байрона въ колоссальныхъ размѣрахъ, въ какихъ онъ является въ области человѣческаго разума. Я же представляю читателямъ только нѣсколько легкихъ, но вѣрныхъ очерковъ этой удивительной, поэтической личности. Извѣстно, что послѣднія восемь лѣтъ своей жизни, а именно съ 1816 года, лордъ Байронъ провелъ почти безвыѣздно въ Италіи. Въ-продолженіе этой эпохи, поэтъ подарилъ міру множество безсмертныхъ твореній, слѣдовавшихъ одно за другимъ съ неимовѣрною, поразительною быстротою. Нѣсколько чертъ его частной жизни ускользнули отъ наблюденій въ ту пору, когда образованный міръ и друзья поэта ослѣплены были этимъ потокомъ безпрерывно возобновляющихся метеоровъ ума и воображенія -- метеоровъ, поражающихъ своимъ блескомъ!