Гражданское развитие Америки
Джона Вильяма Дрэпера. Перев. съ англійскаго. Петерб. 1866. Изд. А. Аргамакова.
Самостоятельная производительность нашего интеллекта, какъ извѣстно, никогда не отличалась особеннымъ богатствомъ; не днями и мѣсяцами, а цѣлыми годами надо считать появленіе хорошей русской книги, которая приводила бы въ движеніе мысль и вносила бы новые взгляды въ наше міросозерцаніе. Поэтому переводная литература всегда была преобладающимъ элементомъ въ исторіи нашего умственнаго развитія. Мы брали, беремъ и, вѣроятно, еще долго будемъ брать изъ иностранныхъ литературъ новыя идеи и, послѣдніе выводы, пріобрѣтенные дружными усиліями европейскихъ мыслящихъ людей. Славянофиловъ сильно огорчаетъ это обстоятельство и они давно уже толкуютъ намъ о необходимости имѣть свои идеи, свою науку, такъ чтобы на право собственности ихъ не смѣлъ посягать ни англичанинъ, ни французъ, ни нѣмецъ. Желаніе безъ сомнѣнія похвальное, по, къ сожалѣнію, совершенно безплодное. До сихъ поръ еще ни одному славянофилу не удалось изобрѣсти ни одной такой идеи, которая бы не была извѣстна въ западной Европѣ. Начиная отъ философіи Гегеля и до искуства плясать на канатѣ -- все заимствовано нами отъ еретическаго запада.-- Нѣтъ спору, что создавать новыя идеи-своими собственными силами и участвовать, какъ мыслящему существу, въ общечеловѣческомъ прогрессѣ гораздо похвальнѣе, чѣмъ, сложа руки, пользоваться готовыми результатами чужого труда; по пока придутъ въ наши головы свои идеи и своя наука для національнаго достоинства лучше учиться у другихъ, чѣмъ сидѣть безъ дѣла въ ожиданіи будущихъ благъ. Но чего мы можемъ дождаться отъ такихъ наставниковъ, какъ славянофильствующая братія?-- Всѣ новѣйшія открытія, которымъ человѣчество обязано величайшими благодѣяніями, сдѣланы прежде, чѣмъ мы узнали о существованіи славянофильскаго направленія. Мы не произвели ни одного Уатта, Аркрайта, Стефенсона и др., которые своими механическими изобрѣтеніями вызвали къ дѣятельности тридцать милліоновъ человѣческихъ силъ, замѣняемыхъ въ одной Англіи движеніемъ пара. Въ то время, какъ эти скромные механики производили радикальный переворотъ въ промышленномъ мірѣ, наши славянофилы занимались пустыми спорами. На слушаніе утихъ споровъ мы и безъ того много потратили времени, и гораздо разсчетливѣе поступили бы, еслибъ прямо начали съ примѣненія великихъ открытій къ своей жизни. Иначе, въ ожиданіи своихъ идей, намъ пришлось бы еще долго трястись въ старинныхъ колымагахъ вмѣсто спокойнаго путешествія по желѣзнымъ дорогамъ или плавать на неуклюжихъ баркахъ вмѣсто пароходовъ. Не надо забывать, что всякое новое удобство, вносимое въ общественную жизнь, имѣетъ непосредственное вліяніе не только на развитіе матеріальнаго благосостоянія, но и умственной жизни. Экономія времени дастъ досугъ и средства, при которыхъ только и возможно образованіе народа. Употребляя свою прялку вмѣсто механическаго прядильнаго станка или копая землю тупыми деревяшками вмѣсто усовершенствованнаго плуга, мы даромъ расходуемъ сотни тысячъ рабочихъ силъ и жизней, и отнимаемъ у себя сотни милліоновъ отнюдь нелишняго для насъ капитала. Еслибъ мы умѣли понимать дѣйствительныя свои выгоды, то дорожили бы каждымъ движеніемъ западной мысли и пользовались бы ея результатами, какъ можно полнѣе. Поэтому нѣтъ основанія огорчаться преобладаніемъ переводной литературы надъ издѣліями нашего собственнаго ума. Напротивъ, всякая хорошая иностранная книга, переведенная на русскій языкъ, есть капитальное пріобрѣтеніе въ общественной экономіи. Если книга успѣла возбудить только нашу любознательность, навести насъ на новыя идеи, то и тогда она оставить по себѣ благотворныя послѣдствія. И чѣмъ она умнѣе, тѣмъ сильнѣе впечатлѣніе, производимое ею на сообразительнаго читателя. Она заставляетъ думать и говорить, а въ этомъ вся сущность умственнаго развитія.