Пропилеи. Сборник статей по классической древности, издаваемый П. Леонтьевым. Книга IV. Москва. 1854

Мы еще живо помнимъ тотъ восторгъ, который, нѣсколько лѣтъ назадъ, возбудило въ образованной части нашей публики появленіе перваго тома Пропилей . Г. Леонтьевъ угадалъ своевременность и потребность у насъ сборника статей по классической древности и тѣмъ оказалъ нашей литературѣ существенную, незабвенную услугу. Прекраснымъ и энергическимъ исполненіемъ этой счастливо-задуманной мысли онъ -- скажемъ не обинуясь -- принесъ нашей литературѣ несравненно болѣе пользы, чѣмъ всѣ другіе ученые, которые когда-либо были призваны распространять въ нашемъ отечествѣ свѣдѣнія о классической древности. По нашему убѣжденію, дѣятельность самыхъ знаменитыхъ предшественниковъ г. Леонтьева, не исключая самого Маттеи и другихъ ученыхъ, которыми такъ справедливо гордится столѣтній Московскій Университетъ, не имѣла такого плодотворнаго значенія и не принесла той пользы, которую приноситъ и обѣщаетъ приносить въ будущемъ дѣятельность почтеннаго издателя Пропилей , имѣющаго, кромѣ-того, за собою много и другихъ ученыхъ заслугъ. Дѣятельность предшественниковъ г. Леонтьева ограничивалась тѣснымъ кругомъ университетской аудиторіи и выражалась въ сочиненіяхъ нерѣдко весьма-важныхъ для науки, по писанныхъ большею-частью не порусски и не для Россіи. Значеніе этихъ трудовъ для нашихъ соотечественниковъ даже въ свое время, во всякомъ случаѣ, не превышало того, какое имѣютъ для насъ отдѣльныя сочиненія изъ той громадной массы книгъ по классической филологіи, которая накопилась въ Европѣ со времени возрожденія наукъ. Пользоваться этими книгами можетъ всякій; но, даже при самыхъ благопріятныхъ условіяхъ, по многимъ причинамъ, пользуются ими у насъ, за исключеніемъ нѣсколькихъ спеціалистовъ, которыхъ можно пересчитать по пальцамъ, весьма-немногіе.
Напротивъ, аудиторію сотрудниковъ Пропилеи , живо и современно заговорившихъ о классической древности на родномъ языкѣ, составляетъ вся обширная Россія, въ разныхъ концахъ которой теперь ужь довольно людей (и это лучше всего доказывается успѣхомъ разбираемаго нами сборника), сочувствующихъ изданію г. Леонтьева. Оставляя въ сторонѣ этихъ образованныхъ читателей, любознательному уму которыхъ Пропилеи даютъ здоровую и давно-желанную пищу, мы не можемъ не замѣтить, что это прекрасное изданіе составляетъ рѣшительную потребность для того довольно-многочисленнаго у насъ класса людей, для которыхъ полное, по возможности, ознакомленіе съ классическою филологіею составляетъ нѣкоторымъ образомъ служебную обязанность. Мы разумѣемъ здѣсь гг. учителей нашихъ гимназій, занимающихся преподаваніемъ древнихъ языковъ. При своихъ основательныхъ познаніяхъ въ этихъ языкахъ, они не всегда имѣли достаточно средствъ идти въ своемъ изученіи древняго классическаго міра далѣе грамматики. Нѣтъ сомнѣнія, что Филологическое направленіе, господствовавшее въ нашихъ училищахъ, принесло прекрасные плоды, но въ то же время должно сказать, что систематическое и вполнѣ-современное преподаваніе такъ-называемыхъ реальныхъ наукъ, входящихъ въ составъ древней филологіи, только-что еще начинается въ нашемъ отечествѣ, и въ прежнее время на эту, безспорно, самую важную и привлекательную сторону филологіи у насъ не было обращено надлежащаго вниманія. Все преподаваніе этого предмета ограничивалось у насъ грамматикой и грамматическимъ толкованіемъ древнихъ авторовъ. Вотъ, безъ-сомнѣнія, одна изъ главныхъ причинъ того, что древняя филологія, несмотря на всѣ поощрительныя мѣры, не привилась къ нашей литературѣ и до-сихъ-поръ еще гораздо-менѣе, чѣмъ всякая другая наука, имѣетъ у насъ хорошихъ и вполнѣ-приготовленныхъ дѣятелей. Не удовлетворяясь одною только грамматическою стороною филологіи, люди даровитые по-неволѣ обратились къ другимъ отраслямъ знанія. Много нужно терпѣнія, или, вѣрнѣе, апатіи, чтобъ цѣлую жизнь повторять зады и не переступить за тотъ предѣлъ, до котораго доходитъ хорошій ученикъ гимназіи {Здѣсь, разумѣется, не идетъ рѣчь о современномъ, чрезвычайно-важномъ и интересномъ грамматическомъ направленіи филологіи, возникшемъ въ недавнее время въ Германіи и основанномъ на сравнительномъ языкознаніи, на изученіи индо-европейскихъ языковъ, преимущественно санскритскаго и древне-классическихъ. Это направленіе, по своей новости, далеко еще не вездѣ привилось къ наукѣ, даже въ самой Германіи.}. Г. Леонтьеву, первому изъ нашихъ ученыхъ принадлежитъ честь осуществленія благой мысли ввести русскаго читателя путемъ широкимъ и привлекательнымъ въ храмъ классической, то-есть, греческой и римской древности, въ тотъ изящный и стройный міръ, въ которомъ человѣкъ впервые начиналъ жить почеловѣчески и наслаждаться жизнью, въ которомъ впервые начинало являться міросозерцаніе собственно-человѣческое и являлось со всею обаятельною свѣжестью первой цвѣтущей молодости {Слова предисловія къ І-му тому Пропилей .}.