Подгнившие "Вехи"

Милостивые государыни, господа!
Ко мне обратились письмами некоторые из московских слушательниц и слушателей с одним главным мотивом, который я формулирую так: Вы, П. Д., когда-то взяли темой публичной лекции в Историческом музее русскую интеллигенцию и защищали ее от тогдашних нападок. К тому же вы по праву можете считать себя как бы крестным отцом самого термина интеллигенция . Вам надо непременно высказаться по поводу той книжки, которая так всколыхнула нашу публику .
И тут я должен буду сейчас же оговориться.
Авторы Вех придают этому термину (действительно, мною пущенному в русскую журналистику в 1866 году) совсем не то значение, какое я придавал ему, когда защищал русскую интеллигенцию от тогдашних ее обличителей, -- к началу XX века.
Для меня (да и для всех, кто смотрит на дело трезво и объективно) под интеллигенцией надо разуметь высший образованный слой нашего общества, как в настоящую минуту, так и ранее, на всем протяжении XIX и даже в последней трети XVIII вв.
А по уверению некоторых авторов сборника, выходит, что к интеллигенции нельзя причислять ни Тургенева, ни Достоевского, ни Толстого (когда он не был еще вероучителем), ни одного из русских знаменитых писателей!..
И мы находим у этих авторов новое слово -- интеллигентщина , под которым они понимают известный только склад идей и настроений, связанных с известным социальным и политическим credo.
Но разве это не совершенно произвольно? Особенно если рядом с таким пренебрежительным словцом самый термин интеллигенция распространяется у них на всех тех, кто самозванно считает себя интеллигентами .
Я в своей лекции и везде, где только задевал эту тему, имел всегда в виду то, что я называл подлинной интеллигенцией, и считаю только такое толкование правильным.
А рядом с интеллигентщиной (выражение, сочиненное кем-то в самое последнее время) вижу я во всех статьях сборника и прилагательное интеллигентский -- мною не созданное, в котором есть такой же оттенок пренебрежения, как и в жаргонной кличке интеллигентщина .