Чердачный чорт

— Зиновей-чумазей! Зиновей-чумазей! — Дразнят его ребята, прыгая на одной ножке и строя рожи.
Зиновей спокоен.
Изредка, когда особенно доймут, сграбастает какого почище да шершавой угольной голицей так ему вывеску разделает, что ребята бегают за неудачником целой улицей и визжат от удовольствия, пока, применяя самую жесткую мочалку и самое едучее мыло, потерпевший не смоет угольную мазню.
Как же быть угольщику Зиновею чистым?
У него угольная сажа не только до костей, — дальше въелась.
Не выходя из бани, надо год париться, и еще останется.
Вот он какой уголь!
Всегда у Зиновея рожа черная, да не просто, а разными росписами — и так и эдак, а помыться некогда.
Приезжают с отцом из Москвы потемну, а чуть зарассветит — отец Зиновея с печки стягивает:
— Ну-ну, не разлимонивайся!
Кое-как мазнет Зиновей лапой по глазам, перехватит горячей картошки, затянет длинный кафтан под самые ребра и на свое кучерское место.
Только-только затрепыхались огненные петухи в окнах, не все еще хозяйки печки затопили, они уж тронулись на работу.