Ученик лекаря

Давно это случилось. В те времена, когда ни тебя, ни твоего отца, ни твоего деда ещё не свете не было. Правил тогда Болгарией царь Борис. Жил он в городе Плиске, в большом дворце. И, как у всякого царя, служил у него придворный лекарь. Об этом-то лекаре мы и рассказ поведём. Звали лекаря Вазили, сказывали, что родом он из греков. Был тот лекарь учён и искусен в своём деле. Любую болезнь умел распознавать и на всякую хворь мог изготовить целебное снадобье. Кто его учил искусству врачевания, мы не знаем. А сам он никого за всю жизнь ничему не научил. Жил один, как сыч в дупле, от всех хранил свои тайный Даже слуги не держал, чтобы тот не подсмотрел, как он составляет лекарства, чтобы не подобрал хоть крохи его премудрости. Похож он был на сундук с сокровищем, запертый на крепкий замок. Но и к этому замку сыскался ключ.
Пришёл однажды к лекарю глухонемой парень, стал жалобно мычать да показывать руками, что за кусок хлеба готов служить ему верой и правдой. Был лекарь Вазили ещё и скуп вдобавок. Взял он парня в услужение. Вот как рассудил: жалованья ему платить не надо, да к тому же если что подглядит, так не услышит, если что поймёт, так никому не расскажет.
Лекарь не знал, а мы знаем — и вы узнайте. Жил раньше тот парень по имени Радомир в бедном рыбачьем селении у моря. Глаза у него были зоркие, уши чуткие, язык острый. И умом не обделён.
С самого малолетства хотелось Радомиру побольше узнать и увидеть. Подрос он и ушёл из родного селения. А когда пришёл в Плиску и услышал про лекаря Вазили, сразу решил:
«Это дело по мне! Если я не сумею перехитрить старую лису, не вырву у него тайн врачевания, значит, я ничего и не стою».
Вот он и прикинулся глухонемым, да так ловко, что вся премудрость Вазили не помогла ему распознать обман.
Семь долгих лет прослужил Радомир у лекаря Вазили. Растирал ему травы, сушил коренья, делал настойки из цветов. А когда подметал пол да мыл колбы, затверживал мудрёные названия порошков и целебных напитков, что бормотал себе под нос учёный лекарь. Ночами читал в своей каморке толстые книги в кожаных переплётах.