Сила русской плясовой песни

Хорошо онъ поетъ, высвистываетъ,
Выговорушки выговариваетъ
Голоскомъ всему городу...
Съ раздутыми ноздрями и разметанной гривой мчала насъ лихая тройка по одной изъ степныхъ дорогъ въ городъ N. Дружно фыркали лошади; кучеръ заливался соловьинымъ свистомъ; въ чистомъ и свѣжемъ ночномъ воздухѣ раздавался мѣрный бѣгъ тройки. Была свѣтлая ночь, одна изъ тѣхъ рѣдкихъ лунныхъ ночей, которыя два или три раза въ годъ обливаютъ нашъ русскій пейзажъ такимъ блестящимъ свѣтомъ, какой даже и не мыслимъ берегахъ Адріи. Вокругъ насъ, какъ свѣжая поверхность моря, волновался и серебрился шелковый ковыль; а передъ нами -- даль необозримой степи.
Вдали заблисталъ рядъ огней: мы приближались къ городку. Городъ N. не великъ; когда въ соборѣ бьютъ часы, то всѣ жители знаютъ, даже въ самыхъ отдаленнѣйшихъ частяхъ города -- который часъ. Зимою-же, въ сильные морозы, жители лишены и этого удобства, такъ какъ часовыя стрѣлки примерзаютъ къ циферблату. Число душъ въ этомъ богохранимомъ градѣ не представляетъ большую цыфру; впрочемъ, здѣсь очень много дѣтей, больше чѣмъ взрослыхъ: царь Иродъ могъ бы здѣсь произвести страшное избіеніе. Если пишешь о какомъ нибудь городкѣ, то пишешь разумѣется съ цѣлью характеризовать его; но чтобы характеризовать городъ N.-- то стоитъ только поговорить о всевозможныхъ постороннихъ предметахъ, но только не о городкѣ -- и выйдетъ самая вѣрная характеристика его. Притомъ намъ не дозволили заглянуть въ мѣстный архивъ, слѣдовательно мы должны довольствоваться ограниченными свѣдѣніями.
Въѣзжая въ городокъ, мы съ трудомъ начали пробираться между разставленными чумацкими возами и большими гуртами воловъ; экипажъ нашъ постоянно окружали огромныя стада овецъ и табуны, со свистомъ и гикомъ гонимые татарами и калмыками. Народъ толпился; суетливо шмыгали между ними оборванные евреи, предлагая свои грошовые товары. Ярмарка -- повидимому -- была въ полномъ разгарѣ. Наконецъ, мы прибыли въ гостинницу; а часъ спустя, сидѣли уже въ огромной залѣ, биткомъ набитой ярмарочными посѣтителями всѣхъ націй нашего обширнаго отечества. Посреди залы сидѣли музыканты за большимъ столомъ, на которомъ были разбросаны ноты, скрипки, флейты и трубы; одинъ лишь контръ-басъ, крупнѣйшій и пустѣйшій (по своему внутреннему содержанію) изъ всѣхъ инструментовъ, увѣсисто упирался на кресло.