Шесть ночей перед Рождеством

Недѣли за четыре до Рождества, редакторъ иллюстрированнаго журнала вызываетъ къ себѣ фотографа и смотритъ ему въ лицо долгимъ упрашивающимъ взглядомъ
-- Елочку, значитъ, снимете, и около нея что нибудь такое въ снѣгу,-- робко проситъ онъ фотографа, скучнаго какъ окурокъ въ пепельницѣ.
-- А что же въ снѣгу-то, -- хрипитъ фотографъ,-- въ снѣгъ все, что угодно, посадить можно.
А такъ какъ фантазія у него маленькая и къ полету приспособлена плохо, онъ предлагаетъ совершенно неожиданно:
-- Желаете, кошку посажу?
-- Кошку не хорошо,-- рѣшительно отвергаетъ редакторъ,-- было гдѣ-то это -- кошка съ елочкой.
-- Подпись къ этому по прошлому году можно: Одинокое Рождество въ провинціи.
-- Съ кошкой нельзя. Время не такое. Что нибудь оригинальное. Можетъ Рождество въ дѣтскомъ пріютѣ для отсталыхъ дѣтей сдѣлаете? Елка такая, свѣчи, а кругомъ дѣти танцуютъ.
-- Свѣчи не выйдутъ. Дѣтей можно, елку можно, а свѣчу нельзя.-- Не нравился, повидимому. тема фотографу.-- Не берусь. Опять же танцующаго человѣка снимать за три рубля не такъ ужъ удобно.
-- Можетъ старый какой снимокъ есть?-- съ защемленной надеждой допытывается редакторъ.
-- Два ночлежника цѣлуются,-- такой есть очень хорошій снимокъ. И у каждаго по яйцу въ рукѣ. Двухъ маркеровъ снималъ, а яйца послѣ пририсовалъ. Въ позапрошлую Пасху за Пасху среди забытыхъ пошли.
-- Елку нужно.