Воспоминания артиста об Императоре Николае Павловиче

Государь Николай Павловичъ страстно любилъ театръ. По обилію талантовъ русскій театръ тогда былъ въ блестящемъ состояніи. Каратыгины, Сосницкіе, Брянскіе, Рязанцевъ, Дюръ, Мартыновъ, Самойловы, Максимовъ, Асенкова, не говоря уже о второстепенныхъ артистахъ, могли быть украшеніемъ любой европейской сцены.
Вотъ что мнѣ разсказывалъ извѣстный французскій актеръ Верне о русскихъ артистахъ того времени.
Когда мы пріѣхали,-- говорилъ Верне,-- въ Петербургъ въ началѣ тридцатыхъ годовъ, намъ сказали, что на русской сценѣ играютъ Свадьбу Фигаро ; намъ это показалось забавнымъ, и мы, ради курьёза, пошли посмотрѣть.
Посмотрѣли да и ахнули: такое прекрасное исполненіе произведенія Бомарше сдѣлало бы честь французской комедіи. Каратыгины, Рязанцевъ, Сосницкая и Асенкова были безукоризненны, но болѣе всѣхъ насъ поразилъ Сосницкій въ роли Фигаро. Это было олицетвореніе живаго, плутоватаго испанца; какая ловкость, какая мимика! Онъ былъ легче пуха и неуловимѣй вѣтра ,-- выразился Верне. Почти сконфуженные мы вышли изъ театра, видя, что не учить варваровъ, а самимъ намъ можно было у нихъ поучиться .
Вотъ въ какомъ положеніи была тогда русская труппа, по словамъ чужеземнаго спеціалиста.
Этому блестящему состоянію русскаго театра, кромѣ высочайшаго вниманія, искусство было обязано также извѣстнымъ любителямъ сцены: князю Шаховскому, Грибоѣдову, Катенину, Гнѣдичу, Кокошкину, которые сердечно относились къ артистамъ, давали имъ возможность развиваться въ своемъ кружкѣ и въ то же время писали для сцены.
Валетъ тоже отличался блескомъ, имѣя во главѣ первоклассныхъ европейскихъ балеринъ: Тальони, Фанни Эльснеръ, Черито, Карлоту Гризи и друг. {Изъ русскихъ Андреянова, Смирнова и Шлефохтъ.}, а французскій театръ по своему составу могъ соперничать съ Comedie Franèaise; довольно назвать супруговъ Алланъ, Брессана, Дюфура, Плесси, Вольнисъ, Мейеръ, Бертонъ, Руже, Готи, Верне, позднѣе Лемениль и другіе.
Очень понятно, какую пользу могли извлекать русскіе артисты, видя такіе примѣры.